Может, мы и делали перерывы, я не знаю, потому как контроля не было — животные инстинкты взяли свое, заменив на время человеческие."
"Сколько это продолжалось, я не могу сказать — минуты, а может, часы. Мой источник бурлил, выплескивая из себя эфир по стремительно наливающимся силой каналам. Я этого не видел, только ощущал, но и от ощущений меня корежило волнами удовольствия. И это, по-видимому, передавалось и девушкам, потому что я все время чувствовал их горячее дыхание на себе. Я не знаю, в какой момент меня отпустило, просто мир мигнул и наступила тьма.
Я плавал в широко раскинувшемся огненном море, с восторгом нежась в его теплых волнах. Мне было хорошо, я оказался дома, мне тут рады! Эта стихия — моя, а я принадлежу ей. Мы стали едины и неделимы. Наконец-то я обрел потерянное ощущение целостности. А еще меня радовал взгляд хозяйки этого мира.
Я не видел ее, лишь чувствовал. Так смотрит любящая мать на свое загулявшее дитя, когда оно возвращается домой. С легким упреком, что заставил ее волноваться, но и с радостью, от того, что вернулся…
Теперь я стал собой и от этого хотелось смеяться и плакать одновременно.
— Горжусь тобой, малыш, -услышал я голос и вновь погрузился во тьму….
Глава 24
Пять утра, все спят, а мне уже пора. Очень осторожно, стараясь не разбудить, выскальзываю из объятий утомленных до полусмерти девушек. В темпе принимаю контрастный душ, быстро одеваюсь, по-прежнему отчаянно зевая. Поспать мне удалось всего лишь час, но и это было непозволительной роскошью.
Вот уж не думал, что меня так долго будет держать в напряжении восстановившийся источник!
Не удержавшись, я с удовольствием ныряю вглубь себя, глядя на новое солнце в центре хара. Он красив, он силен. Эфир толчками уходит по свежим каналам. Они еще до конца не сформированы, но это дело всего лишь пары дней. Но теперь я опять могу себя считать полноценным магом. Нет, кроме стихии огня, остальные мне пока не открылись, но это дело нехитрое, если знать, как. А я знаю. Но сначала надо укрепить тело, а то не выдержит.
Кинув последний взгляд на красавиц, что доставили мне море удовольствия, я тихо вышел из номера, закрыв за собой дверь. Пора было выдвигаться по ранее составленному маршруту.
За стойкой регистрации дремала девушка, которая и не заметила, как я вышел. А если бы и заметила, ничего страшного — у здешних постояльцев, в основном, аристократов, свои причуды, и обслуживающий персонал привык не задавать лишних вопросов.
