Замерев возле Хранителя, я стоял и смотрел ему в глаза. «Ну что, ты доволен? -мысленно обратился я к нему. — Все идет так, как ты хотел? Такую жизнь ты мне приготовил? Знай, я не сдамся и дойду до конца, с твоей помощью или без. И еще, у меня есть просьба, хотя меня не раз предупреждали не просить у тебя ничего — наведи порядок в своей семье. А то твои жены совсем с катушек съехали…».
Не знаю, может, мне показалось, а может, это ветер зашумел, но мне почудилось, что я услышал тяжелый вздох. Что ж, и боги тоже люди.
Поклонившись ему, я направился следом за жрецом, что терпеливо ждал, когда я закончу. Толпы людей, что были в храме, будто обтекали нас, не заходя за невидимую черту. Доведя меня до неприметной двери, жрец поклонился, распахнул ее, после чего быстрым шагом отправился обратно. Посмотрев ему вслед, я шагнул внутрь, закрыв ее за собой. Тут мне опасаться было некого.
— Проходи, Тимофей, присаживайся, -улыбнулся мне Святослав. — Как себя чувствуешь? Ах, да, глупый вопрос. После всего, что ты пережил.
Но что же я за хозяин… Сейчас все будет.
Не знаю, как можно назвать место, где обитали жрецы, но на ум приходило только два слова — шикарные апартаменты. Пять комнат со всеми удобствами, обставленные по последнему слову техники. Причем, о назначении некоторых приборов я даже догадаться не мог. Точно, с Аштаэлии привезли. Вообще с техникой все обстояло очень странно."
"В передовом мире изобретали кучу полезных вещей, но вот пользоваться ими можно было с огромными ограничениями.
Нет, на самой Аштаэлии с этим проблем не было, а вот в остальных мирах… Закон гласил — Прогресс не должен вести к напряжению между разумнымии гонке вооружений. Поэтому все новое прежде обкатывалось в независимых зонах — а именно центральных столицах государств-партнеров, которыми были Россия, Япония, Поднебесная и Империя Ацтеков. Остальные страны снабжались по остаточному принципу и, естественно, ничего серьезного им не доставалось.
Конечно, данное положение их не устраивало, но еще свежи были воспоминания о том, как Хранитель надрал зад всей армии Европы.
А в качестве напоминания служил большой камень, расположенный где-то в Италии. По слухам, его поставил сам Громов и надпись сделал еще какую-то пафосную. Теперь это место считается священным и туда стекаются миллионы паломников. А еще там был парк развлечений. И как я понимал, одно другому не мешало. Где есть смех радости, не место слезам горя. Мертвые не любят когда по ним плачут.
