Но одно без другого, как оказалось, было невозможным.
Провалы султана на Аштаэлии, что следовали один за другим, дали ему возможность подняться, а после получить всю власть над миром Сафелитов. Но какая радость управлять бездушными марионетками? Нет, он желал видеть в глазах разумных страх и почтение.
Два дня назад к нему пришел шаман и заявил, что время пришло. Но для того, чтобы получить связь, нужна жертва его собственной крови. Выбор пал на старшего сына. Не потому, что он любил его меньше, а потому что младший был более разумен.
Хотя, он, наверное, уже никого не любил. Холод, поселившийся в его сердце, отравлял душу, превращая его в монстра. Он сам вонзил клинок Тьмы в сердце Виктора, глядя, как кровь сына орошает жертвенный алтарь. При этом не чувствовал ничего — ни жалости, ни сострадания."
"Глядя в затухающие глаза собственного ребенка, он физически ощущал, как рвется последняя связь с семьей. В тот же миг он почувствовал миллионы нитей, что протянулись к нему. И он потянул их в сторону дворца.
Султану не помогла ни магия, от которой куклы оказались хорошо защищены, ни гвардия, сохранившая души. Их просто задавили числом.
Визирю и султану, последним оставшимся в живых и запершимся в тронном зале, он просто снес голову, не став глумиться или толкать пафосные речи. Тогда он осознал, что дороги обратно не будет. Да и вообще, будет ли у него дорога?
Но сейчас необходимо сделать все как надо и надеяться, что его не обманут. А если и так — плевать. Главное, что перед смертью он сможет посчитаться с виновником всех своих бед — Багряниным.
Нереальность
— Хозяин.
— Братик.
Две красавицы склонились перед сидящим на троне парнем. Его лицо было сосредоточенно, а полуприкрытые глаза смотрели куда-то вдаль. Перед ним проносилось множество возможных изменений реальности. Он то хмурился, то улыбался, иногда меняя их так, как считал нужным. Наконец он моргнул и его взгляд обрел жизнь.
— Явились, не запылились. Ну, рассказывайте, как вы умудрились растопить сердце Багрянина, что он сам попросил вас простить?
— Мы очень старались.
— Недосыпали.
— Кусок в горло не лез.
— Хозяин, пули свистели над головами.
— А сапоги над головами у вас не свистели?!!!
— Сапоги не помню, а вот вонючие трусы старого извращенца точно были. Кстати, он же мертв, да? Ну скажи!!!
— Мертв, — улыбнулся он. — Но не совсем.
— Черт, этому Багрянину даже такое простое дело доверить нельзя! -выругалась блондинка.
— Простое? — усмехнулся парень.
