Ловец снов расположился на каменной стене, прямо напротив сферы. Он играл ключевую роль в моей затее.
— Погнали. Тень, Сталь готовы? Капля, отсчет. Три, два, один…
Быстрый удар в грудь — и мое сердце останавливается. Душа, покинув тело, резко рванула вперед, притянутая ловцом снов. Немного доработанный, он стал и души притягивать.
Фух, успел в последний момент! Призрачное щупальце шамана щелкнуло в сантиметре от меня, но я уже спрятался.
Теперь надо быстро. Капля подхватывает мое временное вместилище и кидает его в центр комнаты.
А я тут же распахиваю врата мира Грез, и плененные души, не в силах сопротивляться, устремляются туда. Черт, да сколько же вас там?!
Таймер тикает, еще десяток секунд — и пора будет возвращаться. Одновременно с этим орк со всей пролетарской дури долбанул топором по сфере, которая с легкостью разлетелась на части. Да, в этом была ее особенность — пока жив правитель, он защищает ее, а она его. Не было смысла за ней гоняться с целью захватить или уничтожить, убив владельца.
Умер один — и сразу появится другой.
Да и какой идиот будет разрушать мир, в котором живет и из которого не удрать? Разве что какой-то безумец, но подобных в окружении султана до недавнего времени не было. Пока не появился Меньшиков.
Шаманов больше ничего не сдерживает. Яростно нападавшие на них ещё секунду назад куклы сейчас беспомощно замерли, лишившись управляющего контура. Как, собственно, и я.
Но шаманам уже не до кукол и нашей дружины, потому как они стремительно теряли силу из-за оттока душ.
Уйти порталом они не могли — мир вцепился в них подобно сторожевому псу. Выйти из помещения никак — пробить каменную стену, созданную десятком магистров, не всякий архимаг сможет. А эти больше привыкли бить духовным оружием, нежели физическим. Да и духи, с помощью которых они бы могли это проделать, им больше не подчинялись, стремительно растворяясь в мире Грез.
Все, пора. Точно скоординированная по времени атака уже должна была начаться. Если ошиблись хоть на секунду, мне хана.
Осторожно высовываюсь из ловца душ, чувствую сильнейшее возмущение эфира — и меня тут же тащит в тело, над котором склонился Тень. Его точный удар вновь запустил моё сердце, и я с облегчением возвращаюсь.
— Ты как, командир? — с тревогой вглядывается он в меня.
— Жить буду, — прокряхтел я, жадно хватая воздух. — Наверное.
Радостно сверкнув глазами, он рывком поднимает меня на ноги, одобрительно хлопая по спине.
— Тогда я к нашим. Приходи в себя и присоединяйся.
