Пойми, Тимофей, в мирах ежесекундно творится лютая жестокость. Гибнут разумные, матери теряют своих детей, дети родителей. Так было, есть и будет. Идеальный мир не построишь. Творец дал разумным свободу выбора, а я лишь храню созданное им. Поэтому каждый решает сам, как ему жить и умереть. Ты ведь сам был таким, вспомни.
Да, мне горько было видеть, как гибнут близкие мне рода, но повторюсь, это жизнь, в которую я не имею права вмешиваться.
Теперь то, что касается смерти твоей матери и мести ее убийцам. Некому мстить, потому что она погибла сама.
— Поясни, — скрипнул зубами я.
— Вероника была больна. Увы, камень твоего деда оказал на нее не лучшее влияние. Слишком много времени она провела рядом с ним. А я, признаться, поздно это заметил. А когда спохватился, от ее души остались жалкие ошмётки. Спасти ее, увы, было невозможно, как и даровать хорошее посмертие.
Этот камень как вампир. Проникая своими эманациями в тело жертвы, он постепенно разрушает ее сущность. Тело под влиянием камня ослабло, внимание рассеялось, ну, и как итог — нелепая смерть.
Поэтому не ищи ее убийц. Ну, а виновника этого я уничтожил на твоих глазах. Не скрою, те дамочки желали ее смерти, но крови Вероники на их руках нет.
Сделав большой глоток из кружки с пивом, он замолчал, а я обдумывал его слова. Было похоже на правду, да и зачем ему мне врать? Те дамочки для него никто, да и влияние камня тьмы я очень даже ощутил.
— Что с последним вопросом?
— Видишь ли, Тим. Скажем так, этот достойный человек очень виноват перед тобой.
Его вина безмерна и он очень сожалеет о случившемся.
— Кто он?!!
— Как-то все завертелось у них… А после ему пришлось оставить твою мать, чтобы не привлекать к ней внимание. Ее беременность была шансом на восстановление души при зарождении новой жизни. Только ради этого она пошла на это, как и брак с Мышкиным. Это был ее осознанный выбор.
— Имя!!!
— А потом ему не хватило духу признаться тебе. Поверь мне, он очень страдает…
— Я тебя сейчас придушу!
— И по-прежнему приглядывает за тобой.
И раз я ответил на все твои вопросы, позволь мне откланяться. Дел в мирах невпроворот.
— СТОЙ, СВОЛОЧЬ!!! Это ты совратил мою мать?!! — но орал я уже пустому месту. Этот гад слинял, растворившись в воздухе, так и оставив меня в подвешенном состоянии и полной кашей в голове. Неужели он мой отец?!!! Или все-таки нет? Сука!!! Я вытрясу из него правду, даже если мне придется перевернуть все миры! Теперь это дело чести и хорошего мордобоя.
