Правда, это не касалось инолюдей — они не его жители, поэтому с ними поговорить не получится. Разве что с помощью эфира. Огненный шар в голову очень помогает наладить контакт и снимает языковые барьеры.
В общем, я вполне понимал странный язык выходцев из реки и наверное даже смог бы говорить на нем.
— … Опять эти черви пришли к нам. Великий Кукет будет доволен охотой.
— Да, я прямо чувствую их кровь. Так бы и впился в их мясо! Особенно самок. У них оно особенно нежное.
От вожделения он вывалил наружу длинный язык, с которого стекала слюна.
— Уверен, сегодня мы так и сделаем. Великий добрый. Ему мясо не нужно.
— Хватит болтать, бездельники. Дыхание реки на них, чтоб не захлебнулись, и тащим под воду. Даунг Ум не любит ждать.
— Да, Старший, — склонились жабы перед низким монстром, что отличался от них только ростом. Был он мелким даже по их меркам, но щеки раздувал очень важно. Ладно, хватит лежать, пора бить морды.
Два едва слышных щелчка — и спокойный берег наполнился криками умирающих.
Мои то ли от испуга, то ли от омерзения, сразу атаковали максимально жестко.
Мысль о том, что водники скорей всего больше всего боятся пламени, пришла ко всем в голову, и море огня, ярко вспыхнув, сразу испепелило вышедших на сушу. Я едва успел накинуть щит на самого говорливого, потому как мне нужен был пленный для общения.
Спустя минуту на поляне лежало штук двадцать обгорелых тушек. Дольше всех — примерно пару секунд — продержался коротышка, успевший окутаться каким-то щитом и попытавшийся сбежать.
Но увы, надолго силушки его богатырской не хватило, и он пал жертвой гастрономического интереса феи, которая давно хотела попробовать лягушачьи лапки.
— Говори! — прижатый к земле, пленник в ужасе таращил глаза.
М-да, язык у них жесть и явно не предназначен для человеческих связок. Мне буквально пришлось их перенапрягать, чтобы что-то сказать. Даже регенерация включилась.
— Мы вас всех убьем и сожрем! — нашел в себе силы квакнуть он. — Особенно вон ту с крыльями.
— Что он сказал?! — сразу обозлилась фея, поняв, что речь о ней.
— В любви тебе признается, — ответил я.
— Как это мило.
— В гастрономической. Говорит, что ты вкусная.
— Убью зеленого!
— Стоять, Зорька. Команды топтать не было. Хотя в утешение я тебе его потом отдам. Только если будешь творить с ним всякое, оттащи подальше. А то я брезгую.
А теперь вопрос к тебе, мой жабомордый друг. Кто вы и откуда? И чего вам вообще надо?"
"Последнее я проквакал, поморщившись.
