Черт, как-то мне не везет на власть имущих! Ну не привык я кланяться, спина не позволяет. Наверное, когда лечился, что-то напутал.
— Чем обязаны, господин Баг?
— Да ищу я кое-кого. Ну, и полученной информацией поделиться хотел.
— Кого, если не секрет?
— Меня, наверное, — вышел вперед мужик с закрытым тряпкой лицом. — Ну здравствуй, «сынок».
— А вот и папа. Нашелся. Ты не представляешь, как я рад тебя видеть. Хорошо, что не подох еще.
— Вихрь? — обратился комендант к Мышкину.
— Выродок это, из-за которого я сюда угодил.
— У тебя все такая же дерьмовая память, как и ты сам. Сюда ты угодил по собственной жадности, когда решил убить того, кто считал тебя отцом, чтобы завладеть его наследством, на которое ты, тварь, не имел никакого права.
— Как это здорово! — истерично захлопала в ладоши Вспышка. — Обожаю семейные мелодрамы с плохим концом!
— Быть может, мы все-таки пройдем внутрь или вы так и будете держать нас у порога?
— Да, конечно. Где же наше гостеприимство?
С ухмылками посторонившись, они пропустили нас внутрь.
Три щелчка и два — еле слышно, означавшие «опасность, смотреть в оба», — остались незамеченными хозяевами, но дружина их услышала.
— Тень, расскажи коменданту насчет инолюдей, а я пока с папой пообщаюсь.
Ну что, проведешь мне экскурсию по крепости?
— Боюсь, я не могу этого позволить, — тут же влез Финист. — Это закрытый для гражданских объект.
— Какое счастье, что я являюсь по совместительству старшим лейтенантом Божественной дивизии, -тут же радостно улыбнулся я. — Я ни на что не намекаю, но когда я буду подавать доклад Хранителю миров, непременно укажу, что нам не дали провести инспекцию.
Или я просто поговорю с Мышкиным, не засовывая нос в секреты крепости. В ваших же интересах, чтобы я быстро решил все вопросы и покинул это гостеприимное место. А то могу и задержаться. Исключительно с благими целями, конечно — посмотрю снабжение, проверю склады и оружейную, отчетность почитаю и сравню. Ну и заодно, конечно же, как тут соблюдаются права разумных и нет ли перегибов.
— Судороги, — задумался он. — Я слышал о вас. Нет, не удивляйся. Мы хоть и отрезаны от остального мира, но слухи и сюда доходят. Баг — это, я так понимаю, Багрянин? Я знал и уважал твоего деда. Жаль, что у них так с Голициными получилось.
— А что получилось? — жадно спросил я, тут же себя одернув. Черт, спалил интерес, и теперь будет шантаж.
— А ты не знаешь? Ну да, Романовы хорошо подчистили следы.
— При чем тут император?"
"— А они всегда причем.
