Представьте, что он сделал…»
Белкина явно намеревалась рассказать мне про взрыв автобуса, но я решила, что услышу порцию совершенно не относящихся к Зотовой сплетен, и остановила ее. Я допустила ошибку, мне следовало дать Белкиной выговориться, и уже тогда бы стало ясно: со взрывом автобуса что-то нечисто. Выстроилась бы цепочка – Лариса вроде случайно оказалась в «Икарусе», но женщина, чей муж устроил взрыв, подруга Аллы, любовницы Весенина. Впредь будет мне наука, нельзя прерывать человека, даже если его несет не в ту степь, может, именно в этой степи и зарыта собака.
А Николай Георгиевич тем временем продолжал рассказывать.
Спустя пару недель после кончины Инны он пошел в клинику на прием к гомеопату Зотовой. О ней Весенину не раз говорила Петрова. Алла Михайловна понравилась Николаю. Она составила для него капли от бессонницы и вдруг спросила:
– Вы не так давно приобрели семейный контракт в нашем медцентре, впервые у меня на приеме. Не ошибусь, если предположу, что обратиться сюда посоветовала вам покойная Инна Петрова?
– Да, – поразился Весенин.
– Как вы догадались?
– Инночка была моей лучшей подругой, – ответила Зотова, – я все о вас знала.
Николай подождал, пока Алла завершит прием, и позвал ее в кафе. Вот так и начался их роман, который продолжался до смерти Аллы, умершей через несколько дней после трансплантации почки."
"– А что это за история была с деньгами, полученными от клиники? – спросил Макс.
Николай Георгиевич сжал губы в тонкую линию, потом нехотя сказал:
– В день, когда Рае стало плохо, Аллу положили на очередной диализ.
Я не имел возможности соединиться с ней, посоветоваться, рассказать, что с женой, и, естественно, вызвал «Скорую» из клиники. Аллочка там уже не работала. И, кстати, она предупреждала меня, что лучше разорвать контракт с этой клиникой, в ней не осталось знающих специалистов. Прежний владелец умер, дело перешло к его сыну-балбесу. И если в первое время после смерти старого хозяина все еще шло по накатанной, то теперь клиника превратилась в скопище неучей.
Но, понимаете, я думал, что в Зотовой говорит обида. Ее заставили уволиться, поступили некрасиво с врачом, которая служила не один год, выставили на улицу больную женщину.
– Ясно, – протянул Макс.
– Я попал в ужасное положение, – бормотал Весенин, – Рая скоропостижно умерла, у Вали от стресса началось обострение диабета, Лариса впала в истерику, да еще Аллочке стало совсем плохо, ее поместили в стационар.
