То, до чего я дохожу в своих рассуждениях, неожиданно больно ранит.
Я не хочу с ним расставаться. Я… люблю его.
Дыхание останавливается. Я вдруг понимаю, что правда люблю. Я ведь никогда не была так счастлива, как с ним эти два месяца.
– Есь, у нас ребеночек будет… – дальше нудит Саша. – Подумай об этом. Мы же столько мечтали. По больницам ходили, лечились, таблетки дорогие покупали. Получилось! Это ведь знак судьбы прямо. Бог нас благословил. Нам сходиться пора. Погуляли – и хватит. Я с Анькой, ты с Антохой. Попробовали с другими, но жизнь нас прямо лбами сталкивает…
Не жизнь, а ключ от моей квартиры!.
.
– Я тебя не люблю, Саш, – качаю головой.
– В смысле?
– Не люблю, – пожимаю плечами. – Сейчас понимаю, что и не любила никогда.
– Ты что такое говоришь-то? – хмурится он. – С ума сошла? А кого любишь? Блядуна этого? Так ты к нему хоть раз в гараж сгоняй. У него там и диван, и кресло, чтобы баб шпрэхать. Ты съезди посмотри, прежде чем меня одного обвинять.
Прячу эмоции за смехом.
Кстати, в самом деле, в гараже я ни разу не была.
Но в любом случае у нас вот в учительской целых два дивана… А у директора вообще мягкая мебель в кабинете. Ну, нет… не думаю.
– Зачем мне это, Саш? Я доверяю Антону. А он доверяет мне.
– Я не позволю, чтобы моего ребенка чужой мужик воспитывал, – сжав кулак, он стучит по столу.
Мои локти подпрыгивают вместе с посудой.
– Чего ты не позволишь? – слышу грозный голос справа и подпрыгиваю на этот раз сама.
Сердце в пятки несется от страха. Зачем он здесь? И давно ли?.
.
– Антон, – поднимаюсь.
Он смотрит на Саню, потом на содержимое стола и только в конце на меня. Словно из ледяного ушата окатывает меня морозным взглядом. Никаких тебе язычков пляшущего виски в глазах. Галимый лед.
– Я не вовремя? – спрашивает с холодной улыбкой.
– Что ты такое говоришь? – хмурюсь. – Это все Саша сделал, я вообще не знала, что он здесь. Проходи давай.
– Нечего ему тут делать! – кричит Саша. Совсем бессмертный, что ли? – Все. Опоздал ты, Антох.
– Опоздал? – Огнев приподнимает брови и снова смотрит на стол.
Каждый раз, когда он это делает, мне стыдно становится.
Надо было сразу убраться. Мама всегда говорила, что лень точно меня погубит. Как в воду глядела.
– У нас с Есей ребенок будет, – сообщает мой бывший парень нынешнему, самому любимому на свете человеку.
Я понуро опускаю голову. Просто не хочу видеть разочарование еще и в его глазах.
– Что ты несешь, придурок? – тихо усмехается Антон.
Я всхлипываю и тянусь за салфеткой.
