Огневица

Только сейчас Итрида разглядела, что Санэл, несмотря на ладную стать и ширину плеч, совсем молод – не больше шестнадцати весен. Не к месту Итриде подумалось, что улыбкой он скрывает неуверенность, защищается ею от опасных чужаков, словно щитом.

Вот только настоящий щит тут пригодился бы куда больше.

Санэл вместо ответа вытянул руку и выкрикнул какое-то слово на неизвестном языке. Бродяжники недоуменно переглянулись, но не прошло и минуты, как из поднебесья пестрым камнем упала крупная птица, сев точнехонько на вытянутую руку парня.

– Орлы – вот наши глаза и уши, – Санэл ласково погладил орла по спине. Птица изогнула шею, поглядывая на чужаков золотистым глазом. – Они охраняют наши земли и делятся с нами увиденным, – рудознатец достал из небольшого мешочка, прикрепленного к поясу, полоску сушеного мяса и протянул орлу. Тот схватил угощение и тяжело взмахнул крыльями, вновь взмывая в воздух. – После смерти наши тела становятся камнем, а души обращаются в орлов. Предки берегут своих детей даже из посмертия.

 – Санэл проводил птицу взглядом и снова повернулся к путникам. – А сейчас пойдемте. Зная характер эйре Дваэлиса и тем паче Мария Болотника, могу побиться об заклад, что вы успеете и помыться, и перекусить, пока они договорятся. Но тратить время зазря все равно ни к чему.

Бродяжники переглянулись. Санэл нетерпеливо нахмурился, отчего рисунок хищной птицы на его лбу словно устремился на добычу.

– Ветры и камни! Вы идете или предпочитаете стоять здесь и потеть?

– Идем, – решительно ответила за всех Итрида.

Она поняла, что и в самом деле не отказалась бы смыть грязь и отдать воде хоть часть тех чувств, что заставляли горбиться ее плечи.

В Орлином Гнезде не строили мылен или бань. Вместо них рудознатцы пользовались источником с теплой водой, который скрывался в пещере. Даромир вспомнил похожие источники в Великой пустыне и помотал головой, прогоняя непрошеные образы. По пути Санэл рассказал, что когда-то пещера была узкой и темной, но шаманы рудознатцев, умеющие петь камню, расширили и укрепили ее.

Теперь в купальне могли мыться разом больше десятка человек.

Толкнув низкую, тяжелую на вид деревянную дверь, Санэл скрылся в пещере. Из-за двери потянуло сыростью и теплом. Только заметив, как Храбр тронул топорик, висевший на его поясе, Итрида поняла, что и сама невольно положила руку на кинжал. Оборотень поймал взгляд Огневицы и ухмыльнулся, но руку не убрал.