Огневица

Она должна была ощутить что-то – покорную волчицу, которая больше не скалит на нее зубы и не рвет живот острыми когтями, или что-то еще. Но внутри была только пустота. Как будто искра исчезла. Мелькнули и пропали воспоминания об огненном дожде, в котором впервые в жизни она чувствовала себя спокойно. Пожалуй, так же спокойно Итриде бывало только тогда, когда один зеленоглазый дейвас прятал ее от всего мира.

Итрида искоса глянула на Мария, по-прежнему хранившего молчание. Когда она лихорадочно упрашивала Санэла, дейвас не проронил ни слова и не сдвинулся с места.

Глава Школы Дейва, Марий Болотник, друг князя Светогора… и прочие, не менее громкие, но никак не описывающие его титулы. Болотник смотрел на девушку, сунув руки за пояс. Горный ветер трепал его волосы, бросал пряди в лицо, но он не пытался их придержать.

– Ты знаешь, что такое Стол Духов? – тихо спросила Итрида. Марий кивнул. – Покажи мне дорогу.

– Покажу, если ты кое-что пообещаешь, – сдавленно, словно пытаясь справиться с чувствами, проговорил дейвас.

Итрида болезненно поморщилась: будто мало было ей несдержанных клятв! Она покачала головой.

– Даромир умер, чтобы ты жила, – голос ударил не хуже хлыста, и Итрида невольно выгнулась, ахнув от пронзившей ее боли. – Не смей забывать о том, что он для тебя сделал. Не смей унижать его решение.

– Зачем ты так со мной, – выдохнула бродяжница, часто моргая.

– Пожалуйста, Марий…

– Стол Духов – место, куда уходят не только те, кто хочет обрести знак на своем теле. Но и те, кто устал жить.

Пообещай, что ты вернешься. Поклянись! – голос Болотника сорвался, и всегда невозмутимый дейвас сжал кулаки, подавшись вперед. На мгновение он показался обычным человеком, гневливым, резким, грубым, но до боли справедливым. Итрида кивнула, даже не понимая толком, на что соглашается. Как она может забыть о том, что сделал для нее Даромир?..

Марий выдохнул сквозь зубы и медленно разжал пальцы.

– Идем. Сначала тебе нужно побывать в купальне и переодеться. Потом заглянем к знахарям, – дейвас повернулся к Итриде спиной и направился по дороге, тонкой серой лентой бежавшей мимо сонных, курящихся дымком печных труб домов рудознатцев.

Все окна были плотно закрыты ставнями. Итриде хотелось, чтобы Марий взял ее за руку, коснулся, проходя мимо…

– Я хочу повидаться с Бояной и Храбром, – попросила Итрида. Но Марий лишь мотнул головой, не оборачиваясь.

– Если ты и впрямь хочешь получить свой рисунок, должна провести эту ночь в одиночестве. Решай.