Огневица

Уроженец Золотой пустыни мигом оказался возле нее и придержал оступившуюся девушку. Подождал, пока она ловко сбросит ароматно пахнущие миски и тарелки на стол, и предложил донести поднос до кухни. От его нежных улыбок и мурлыкающего голоса девушка раскраснелась до кончиков волос.

Народ шеххов жил по другую сторону Золотого моря. В их стране не было зимы, зато на сотни верст раскинулись жаркие безводные пустыни. Шеххи гоняли по ним песчаные корабли и жили за счет торговцев, желающих сократить путь вместо того, чтобы огибать пустыни по морям, кишащим дикими безымянными тварями и морскими разбойниками.

Проводив девушку, синеглазый сын Великой Пустыни вернулся за столик к остальным и сел на единственное место, освещенное косыми лучами солнца, падающими из окна. В то время, как другие искали тень и прохладу, шехх всегда устраивался как можно ближе к огню.

– Надеюсь, пиво будет свежим. Не хочется тащиться куда-то еще, – протянул он, развалившись на лавке как кот.

– Пиво и прочие радости будут после того, как Итрида сторгуется с купцом.

Так что закатай губу, Даромир. У нас денег – одну ночь переночевать не в сарае да по миске каши на брата, – заметила черноволосая спутница шехха.

– Ох, Бояна, и как ты не устаешь от самой себя? Даже помечтать не даешь лишний раз, – покачал головой Даромир, поймал взгляд высунувшейся из кухни разносчицы и подмигнул ей.

– А тебе дай волю, ты все монеты спустишь на баб да притирания, – Бояна поправила перевязь с кинжалами и кивнула разносчице, привлекая ее внимание.

Шехх скривился, но смолчал. Откуда знать бедной деревенской девочке силу красоты? Сама-то ею не блещет.

– Хватит собачиться, – последний из четверки бродяжников откинул капюшон и прислонился к теплой стене, не сдержав облегченного вздоха. Длинные пальцы с аккуратно обрезанными ногтями растерли глубокую морщинку между бровей. Стражник Западных ворот удивился бы, увидев сейчас того, кого он принял за парня. Конечно, скрученные в тугой узел рыжие волосы могли бы и мужчине принадлежать, но это была девушка.

Сейчас она хмурилась, щурила черные глаза и покусывала тонкие губы.

– Бояна права. Денег у нас немного, но и сезон охоты едва начался. Сейчас затянем пояса, зато к зиме подкопим монет.

Шехх недовольно скривился, но тут же снова просиял улыбкой, когда разносчица подала каждому из бродяжников миску рассыпчатой золотой каши и ломоть еще исходящего паром хлеба. В их животах, уже седмицу видавших только дичь да лесные ягоды, громко и слаженно заурчало.