Огневица

Мирута присмотрелся к его суетливым рукам и разглядел, что под ногтями знахаря что-то темнело, чего с ним никогда не бывало. Сердце Мируты рухнуло от тяжести осознания: не вернется Мита.

– И в каком городе живет ваша кума?

– Тебе чего? – зло огрызнулся Коржак. – Я тебе отчитываться не обязан. Вон, травы разбери да сушиться повесь! – и знахарь выбежал из избы, хлопнув дверью.

Мирута дождался, пока Коржак зароет страшную ношу в дремучей чащобе и уйдет. Бросился к рыхлой земле и руками, давясь слезами и криками, копал, и копал, и копал… Вытянул из ямы тяжелый сверток, едва не сорвав спину.

Повалился на рыжую прошлогоднюю хвою, не найдя в себе силы сразу отвернуть край грязной холстины. Потом дрожащей рукой потянул ткань и все-таки закричал, так страшно, что с ветвей деревьев взлетели сонные птицы.

– Должно быть, Коржак решился снасильничать Миту, пока меня не было и я не мог помешать, – тихо рассказывал Мирута, опустив взгляд в пол избы знахаря. – Она вырывалась, упала и ударилась виском о край стола.

Я только надеюсь, что она умерла быстро и без боли. – Мирута всхлипнул и вытерся рукавом, сильнее размазав грязь.

– А ты откуда-то знал про обряд воздушного погребения и решил его осуществить, – докончил за него Марий.

– В нашей старой волости бабка жила, – прошептал Мирута. – Она и рассказывала, что ее отец так отомстил убийцам ее матери. Все назвала – что взять, как говорить, в какое время обряд творить. Так жутко ее байки звучали, что я запомнил со страху. Лучше бы никогда не пригождалось мне такое знание! – выкрикнул мальчик и ударил кулаком в лавку.

Марий тяжело вздохнул и стиснул переносицу двумя пальцами.

– Ты же понимаешь, что я должен уничтожить источник появления навий? – спросил он Мируту, и тот уродливо скривил лицо.

– Птицы насмерть заклевали Коржака в первую же ночь появления. Но остальные – они знали, что Мита в опасности, и ничего не сделали! Она была совсем девочкой, ей минуло всего одиннадцать весен! А Коржак – он же старый, он же… мерзость какая… Пан дейвас, они заслужили свое наказание! – Мирута схватил Мария за рукав, подавшись вперед.

У мальчишки было узкое скуластое лицо и легкие, как пух одуванчика, волосы. Он был тонок в кости, хоть и жилист. Марий выругался сквозь зубы. Не выжить здесь парню. И хоть Болотник был с ним согласен, но в первую очередь он боролся против навьих тварей, а не против человеческой мерзости.

Так он и сказал Мируте, и парнишка отпустил его рукав, разом сгорбившись и будто потухнув.