Огни Юга

Она знала, вернее, догадывалась, как сильно переживала мать.

— Я понимаю, мама. Думаю, ты поступила правильно. — Даже Саванна помнила, как долгие годы мать плакала ночами. Не мог же отец просто взять и вернуться теперь. Потому что он сделал неудачный выбор. — Все равно, мне кажется, он не оставит Луизу, — мудро изрекла Саванна. — Она им командует. А он позволяет ей делать это.

— Он всегда позволял, — спокойно сказала Алекса, — даже когда мы еще не развелись. Они стоят друг друга.

Саванна кивнула, хотя и жалела отца.

Луиза — мерзкая особа. Но он ее выбрал сам, причем дважды.

Мать и дочь прекрасно провели вечер за разговорами и заснули далеко за полночь. Когда Саванне позвонил Тернер, Алекса пригласила его на поздний завтрак. Утром раздался звонок от Трэвиса. Он хотел увидеться с Алексой, и они со Скарлетт зашли в отель на несколько минут. На этот раз Саванна и Алекса решили не ходить в церковь, им не хотелось снова столкнуться там с Луизой. Они с успехом избежали этой встречи, потому что Трэвис с матерью только оттуда вернулись.

Он уселся с Алексой в их гостиной, и они поболтали о прежних временах и о его теперешней жизни. Он извинился за то, что не писал, и она отнеслась к этому с пониманием. Он был еще слишком молод и подчинился запрету матери. Алекса это знала, хотя из лояльности к матери он этого не сказал. Он был все таким же милым и вежливым, как в детстве, и с гордостью познакомил ее со Скарлетт. Она показалась Алексе милой девушкой, и та надеялась, что молодые люди будут счастливы друг с другом.

Немного поговорили о предстоящей свадьбе и о том, как трудно все организовать. Вскоре Трэвис и Скарлетт уехали. Они торопились на обед к родителям Скарлетт, где предстояло окончательно утвердить список приглашенных на церемонию бракосочетания.

Остаток дня пролетел незаметно, и наступило время отъезда. Как и прежде, Том встретил их в вестибюле, чтобы забрать Саванну. Алекса снова поблагодарила его за вчерашний обед. Он ловил каждое ее слово и печально заглядывал в глаза.

— Спасибо, что согласилась пообедать со мной, — сказал он, только сейчас поняв, какую большую уступку она ему сделала и сколько мужества ей потребовалось для этого. Только теперь он понял, как сильно ее обидел. В течение почти одиннадцати лет он был занят собственными страданиями и потерями и только теперь понял, как глубоко страдала Алекса. Он потерял ее навсегда, и именно тогда, когда хотел вернуть ее. Том опоздал.