Огни Юга

Я все еще работаю, — вежливо ответила Алекса. Работать с таким человеком было чрезвычайно приятно. Они с большим уважением относились друг к другу, да и с Джеком за последние месяцы Сэм подружился.

— Похоже, у нас с вами одинаковый режим работы. Я скоро, наверное, вообще перееду в свой офис, — рассмеялся он. Во время суда им всем придется работать день и ночь. Даже Джуди Даннинг, а возможно, ей еще больше, поскольку ей ФБР помощи не оказывало. — Я просто хотел сказать вам, что действительно доволен составом жюри и считаю, что вы очень хорошо справились с процессом выбора.

Вы настоящий профессионал, — сказал он, что в его устах звучало высочайшей похвалой. Агенты ФБР редко одобряли чьи-либо действия, кроме действий своих сотрудников.

— Надеюсь. Такие дела не терпят дилетантства, — улыбнулась Алекса.

— Дайте знать, если вам потребуется моя помощь во время уик-энда.

— Спасибо, думаю, я справлюсь, — заверила она. Саванна находилась в Чарлстоне, а значит, ничто не отвлекало Алексу и не было у нее других обязанностей, кроме работы.

Весь уик-энд она работала дома, просматривая сложенные в коробки результаты судебно-медицинских анализов и прочие документы, а также окончательно шлифуя свое вступительное заявление и выстраивая процесс обвинения до последней мелочи. К утру понедельника она почувствовала себя полностью готовой.

В понедельник утром они встретились в офисе Сэма и отправились в суд вместе. Пресса уже ждала, и вокруг них поднялся страшный шум, но Алекса, пробираясь сквозь толпу с помощью Джека, Сэма и пятерых полицейских, выглядела спокойной и невозмутимой, даже ни один волосок не выбился из прически.

Она расположилась за прокурорским столом — деловая, компетентная, собранная.

Джуди Даннинг уже сидела за столом защиты. Четыре помощника шерифа ввели Люка Квентина, который уселся рядом с ней. Пять минут спустя вошел и занял свое место судья. Он начал с того, что изложил членам жюри их обязанности. В простых и ясных словах он объяснил им процедуру и поблагодарил за то, что они тратят свое личное время.

Они выполняют очень важную работу, возможно, самую важную в зале заседаний, важнее, чем работа судьи или работа адвокатов. Присяжные слушали его с серьезными лицами и кивали.

Потом поднялась Алекса, чтобы сделать вступительное заявление. Она готовила его целый месяц. Алекса была в строгом черном костюме и туфлях на высоком каблуке. Представившись членам жюри, она объяснила свою роль обвинителя.