Огни Юга

Джек за последнее время видел его несколько раз и заметил, что он с каждым разом становился все наглее. А наивность и слепое восхищение общественного защитника только усугубляли дело. Квентину казалось, что он одурачил весь мир, но так лишь казалось. Он буквально одержим манией величия и считает себя неуязвимым. Пока не получит приговор.

— Думаю, вы поступаете умно, оставляя ее там, — честно признался Джек.

— Надеюсь. — Алекса снова вздохнула. — Откровенно говоря, я побаиваюсь, как бы она не влюбилась в Юг. Юг соблазнителен, особенно такой красивый город, как Чарлстон.

Люди там дружелюбны и обаятельны. Все вокруг очень красиво. Это другой мир, другая жизнь. Правду говорят, что Юг очень привлекателен. И я его любила, когда жила там. А потом он повернулся ко мне другой стороной, и все его тепло и доброта оказались фальшивыми. Южане держатся таких же южан. Для них плохой конфедерат всегда будет лучше хорошего янки. Со мной обошлись плохо все, кого я там знала. — Эта горечь, возможно, останется у нее навсегда.

— Не может быть, чтобы все были такими, — сказал Джек.

— Может быть, и нет. Но со мной это было именно так. Саванна сейчас переживает медовый месяц в отношениях с Югом. Она открывает для себя всю его красоту. Плохое обнаружится позднее.

— Прямо как в браке, — фыркнул Джек, взглянув на нее. — Думаю, все происходит точно так же.

— Юг — место особое. Оно из другого века. Мне там было очень приятно жить. Я не хочу, чтобы Саванна поддалась его магии и захотела остаться там. Надеюсь привезти ее назад, прежде чем она попадется на крючок, а об этом вместо меня позаботится ее злая мачеха.

Отец Саванны женат на настоящей мегере.

— Вероятно, он это заслужил, — сказал Джек, и Алекса кивнула.

Она собрала толстые папки с документами по делу Квентина, и они вернулись к работе. В три часа перекусили бутербродами за письменным столом Алексы, и Джек отправился в свой кабинет. Алекса снова проработала до полуночи.

Саванна не говорила матери, что собирается в этот уик-энд навестить свою бабушку по отцовской линии.

Она не хотела ее расстраивать: Алексе хватало забот с ее делом. А Том ничего не сказал Луизе. Это ее не касалось.

В воскресенье во второй половине дня Том отвез туда Саванну. Как ни странно, мать сидела в гостиной, а не на веранде. На столе стоял поднос с чаем. Саванна вошла следом. Она не ожидала увидеть такую комнату. Она ее смутно помнила. Но теперь комната сильно обветшала. Как и бабушка, она постарела и поблекла.