Сабли в обеих руках вертелись, как пропеллеры, сливаясь в два прозрачных диска, – вжик, вжик, и двое упали без голов. Причем все это происходило настолько стремительно, что никто из татей не успел ничего сообразить. Вот только что стояло десять ухмыляющихся рож, моргнули глазом – и только двое живых осталось, один кинулся бежать и упал с ножом в спине, второй застыл столбом, но ненадолго – бугай срубил ему голову. Оба деловито подошли к убитым, выдернули из тел свои ножи, вытерли кровь об одежду убитых и вернулись в сани.
Даже не запыхались. Если бы сам не видел – не поверил, секунды, и десять разбойников мертвы. Понятно, что они воины, но такую скорость смертоубийства я видел впервые. Дед от страха икал и сидел соляным столбом. Бугай легко тронул деда за плечо, показав – поехали. Дед дернул вожжи, мы снова тронулись в путь. Бугаи молчали, лица их не выражали никаких эмоций – страха, удовольствия от победы – ничего, просто сделали маленькую работенку. Я, собственно, тоже испугаться не успел, но не успел и штуцер вытащить, а пистолеты были за поясом под тулупом.
Чтобы их вытащить, надо было встать с саней, развязать кушак, только тогда достать. Специально засунул, чтобы порох не отсырел да замки не замерзли. Времени вот только у меня в запасе не оказалось. И что интересно – с виду у бугаев и оружия видно не было, где они его прячут – в рукавах, что ли? Я понял, что король не хвастал, когда сказал, что воины умелые. Не хотел бы я быть их врагом. Больше происшествий не было, на постоялом дворе дед помалкивал об увиденном, но ехать ему явно стало спокойнее.
Правда, к бугаям он близко не подходил, в глазах плескался страх, передо мной гнулся в три погибели, считая их моими слугами. Но вот вдали показались дымы, начали попадаться попутные и встречные сани, дорога была усеяна конским навозом. Москва! В городе я показывал дорогу, вот и мой Петроверигский переулок, дом. Бугаи легко сняли с саней сундук, следом за мной внесли его в дом, поклонились и вышли. Я бросился за ними:
– Покушайте, отдохните хоть ночь, завтра назад.
Но бугаи отмахнулись, уселись в сани. Я заплатил деду обещанные деньги и еще столько же – за обратную дорогу. Бугаи довольно улыбнулись, кивнули на прощание, и сани тронулись. Интересные мужики, я стоял на дороге и вспоминал – а слышал ли я их голоса? Или они немые? Да нет, вроде между собой иногда переговаривались. Вернувшись в дом, застал растерянных домочадцев – хозяин и муж вернулся, тут же убежал и стоит на дороге.
