Огонь! Бомбардир из будущего

Оперировать совместно решили завтра, таких пациентов набралось шесть человек. На следующий день мы оба стояли за столом, накрытым простыней и превращенным в операционный. Француз многое почерпнул у меня – набор инструментов был неплох, в качестве обезболивающего применялась настойка опия, для стерилизации использовались спирт и огонь. Операции были не очень сложные, но к последней я уже подустал. Сказывались мои приключения. Дома мы обсудили дальнейший план ведения прооперированных пациентов. Так мы работали десять дней – операции, вечером дома обсуждение больных.

Амбруаз внимательно все слушал, записывая на листке бумаги.

– Тебя сам бог послал мне в учителя, Юрий!

Через две недели я почувствовал себя достаточно окрепшим и отдохнувшим, заговорил с Амбруазом об отъезде. Француз слегка огорчился, но поскольку нрава был веселого и легкого, согласился со мной, притащил из комнаты увесистый мешок с деньгами, позвенел ими:

– Здесь пятьдесят золотых луидоров, твой гонорар. Тебе его с лихвой хватит на дорогу и на подарки семье.

Сказал про подарки он кстати.

– Амбруаз, покажи мне лавки, где торгуют подарками, я из Франции еще ничего не привозил.

Слуги запрягли карету, и мы поехали. Город и все торговые заведения Амбруаз знал хорошо. Анастасии я купил платье по французской моде и благовония – так здесь называлось нечто похожее на духи, Мише – хороший плащ с серебряной застежкой на плече, себе взял пару пистолетов, запас пороха и пуль, без оружия я чувствовал себя неуютно, а также некоторую одежду на смену.

Для вещей у кожевенника купил отличный баул из мягкой, хорошо выделанной кожи. Вечером Амбруаз устроил пир в мою честь, пили и гуляли до позднего вечера, в общем, время провели весело. Испанские приключения казались уже чем-то далеким, смутным.

Уром по распоряжению Амбруаза слуги подогнали к дому нанятый экипаж, мы позавтракали, попутно решая вопрос – ехать ли мне через Руан в Гавр или через Амьен в Кале. Амбруаз рекомендовал Кале.

– Сейчас идет война. Гавр намного южнее, не исключено, что там могут плавать испанцы, мне кажется, что ты не хотел бы снова попасть в их лапы.

Кале значительно севернее, шансов наткнуться на испанцев меньше.

Я тоже склонился к такому доводу. Слуги вынесли мою единственную вещь – баул с подарками, где было и мое платье. Пистолеты я зарядил и сунул за пояс – в дороге всякое может случиться. Амбруаз вышел меня проводить, мы обнялись. Судьба уже второй раз сводит нас вместе, может быть, и не последний.