И я совсем не знаю, чем она занималась два месяца, и почему этот долбаный гуляющий муж знает о беременности, а я нет?
— Ты знал? — спрашиваю строго, не уточняя, о чем мог знать Макс. — Я спрашиваю, ты знал?
— Да, точнее, нет — узнал от Тамары тридцать первого, утром.
— Значит, знал! А сказать не судьба? Ты не думаешь, что это в первую очередь касается меня, а не вас всех, кто играет со мной в молчанку?
— Я должен был проверить.
— Проверил?
— Да. Восемь-девять недель, тут точнее скажут доктора.
Что я почувствовал?"
"Шок, а еще гнев и злость, что готовы были вырваться наружу и начать крушить все вокруг, а лучше выйти на улицу и орать на метель.
Как она могла не сказать мне об этом? Почему скрыла? По спине прошел озноб, а все нутро сковало страхом. А если бы мы не встретились, я никогда бы не узнал о существовании своего ребенка?
А если скрыла, может, и ребенок не мой?
Хм, как забавно, когда я узнавал о беременности жены дочками, меня накрывала радость, а сейчас мне страшно, что может быть он не мой.
Глава 34
Евгения
— Что ты решила с рестораном?
Тамара лениво помешивает чай в фарфоровой чашке, а я смотрю на ее рисунок и вспоминаю, как разбила блюдце — такое же, на нем были бледные цветы.
Мама долго ругалась, говорила, что это сервиз восемнадцатого века, что он не просто дорогой, а дорог, как память и принадлежал моей прабабушке по линии отца. Но мне тогда было всего лишь пять лет, и о дороговизне я не имела никакого представления.
— Извини, что ты спросила?
— О, все, мать, проехали.
Ты не помнишь, когда ждала Марка, тоже была такая тормозная, или это возраст?
— Очень смешно.
— Почему тебя не тошнит? — Тамара, удобно устроившись на кухонном диване, откусывает круассан, пачкая шоколадом губы и пальцы.
— А почему ты не на работе? Уже десятое число, новогодние каникулы закончились, пора вправлять мозг клиентам, а не торчать у меня и не волноваться, что со мной что-то может случиться.
— Я вчера там была, а сегодня отбой по клиентам, банкир один не вернулся с Мальдив, сердечный приступ, любовница молодая вымотала, ну, а он рад стараться, жрет антидепрессанты, виагру и виски, тяжелый случай.
А библиотекарша на свидании с твоим Федором. Скажи спасибо, минус одна головная боль.
— Спасибо, но он должен сейчас искать покупателей на ресторанное оборудование, а не бродить по музею.
— Они уехали в монастырь фрески смотреть, прям как в кино.
— Господи.
Пью свой ромашковый чай, который никак не успокаивает, уже десятый день.
