Олег положил руку затылок женщины, властно притягивая к себе, давая понять, кто здесь, реально, владеет ситуацией, и от кого все зависит, вжался в дрогнувшие губы жестоким поцелуем, а затем, другой рукой зафиксировав ее бедра в неподвижности, начал жестко вбиваться снизу вверх, подбрасывая ее легкое тело собой и не давая опомниться, ломая прежний, отчаянно нежный ритм прощального секса…
Вот оно, слово! Обожгло сознание, заставило разозлиться.
Прощание? Да вот хрен тебе! Ты - моя добыча!
И никуда не денешься!
Олег стиснул зубы, остро взглянул в испуганно расширившиеся и уже подернутые дымкой скорого оргазма глаза, и получил в них подтверждение своим догадкам.
Красная, мать ее, будущую тещу, Шапочка точно задумала что-то однозначно глупое и наверняка охренительно самопожертвенное. И поэтому себя так вела с ним.
Дура глупая!
И наказана будет за дурость свою, за мысли даже, что сможет вот так вот, относясь к нему так, зная, как он относится к ней, сбежать! Хрен там!
Марина поняла по его глазам, что злится, что бесится, и это, кажется, завело еще больше.
Гораздо больше, чем мягкий прощальный (сука, забыть это слово!) секс. Светлые глаза окончательно заволокло бездумной дымкой чистого удовольствия, Красная Шапочка задрожала, инстинктивно пытаясь одновременно вырваться из жесткого захвата и насадиться сильнее на член, и кончила, обливаясь слезами, облегченно и счастливо застонав. Олег догнал ее быстро, потому что держался на одном упрямстве, и еще минут пять не выпускал из рук, мягко целуя вспотевшую шею и грудь, кайфуя от ответной нежной ласки.
И остановился , только почувствовав, что опять твердеет в ней и , если не отвлечься, то обеспечит и без того измученной эмоциями женщине второй заход. Что, конечно, неплохо, но только, если не хочешь выяснить причину произошедшего до его прихода катарсиса. Потому что после второго раза не исключено, что Марина, нанервничавшаяся и измученная дополнительной дозой секса, просто вырубится. И выяснение ситуации будет отложено на несколько часов.
А ситуация может быть такова, что разрешить ее необходимо как можно быстрее.
Поэтому Олег, как ни протестовал его приятель , все еще находящийся в Марине, аккуратно ссадил ее с себя, застегнул джинсы , поднялся и пошел на кухню выпить воды.
Захватил Марине, вернулся и уселся рядом, опять на то же место у стены.
Протянул кружку, дождался, пока попьет и соберется с силами, чтобы говорить. Не подозревая , что силы, скорее, понадобятся ему.
Чтоб не охереть окончательно.
