Окаянные девяностые

 — Николай Павлович, я к тому, что изучал психологию таких типов, как киллер.

— Ладно, Володя, говори, только быстрее, пока он не подох! — торопил Раздольнов.

— Так вот, такие типы, как киллер, четко знают, на что идут.

— Хорошо, знают, а что это дает?

— Киллеры и террористы в психологическом плане сходятся на одном, они готовы играть по-крупному.

— И на чем играть с ним?

— На детях, на жене.

— Ладно, пошли, покрутим, других вариантов не остается! — согласился Раздольнов.

Они возвратились в гараж, и то, что увидели, заставило их торопиться.

Водитель доживал последние минуты, из его простреленной груди со свистом вырывался воздух, а на губах пузырилась кровавая пена. В киллере еще теплилась жизнь. Он очнулся после пытки паяльной лампой и пытался дотянуться до шланга с водой. Из него слабой струйкой сочилась вода и растекалась по полу. Галлиев шагнул вперед и наступил на шланг.

— Погоди, Вил! — остановил его Раздольнов и потребовал: — Умой его и дай напиться, пусть пьет, сколько захочет.

Галлиев струей воды смыл с киллера кровь, прислонил к стене и сунул в руки шланг.

Давясь и захлебываясь, киллер пил и не мог напиться. Вода погасила сжигавшую его жажду и придала силы. Раздольнов пододвинул к себе стул, присел и обратился к киллеру:

— Антон, или как тебя там звать, мы оба русские, но по разные стороны баррикад. Сегодня ты проиграл. В больницу тебя не повезешь, нам ни к чему подставляться. С такими, как у тебя, ранами долго не протянешь. Но есть вариант.

Раздольнов взял паузу; прошла секунда, другая, и киллер заговорил:

— Другой разговор! — оживился Раздольнов и спросил: — Куришь?

— Тогда перейдем к делу.

Ты профессионал и знал, на что шел. Проиграл, но держишься, как настоящий мужик, за это уважаю и предлагаю сделку.

— Какую? — встрепенулся киллер.

— Наверное, есть жена и дети, а дети маленькие? — прощупывал его Раздольнов.

Киллер промолчал, за него говорили глаза.

— Сколько их у тебя, двое, один?

— Двое, — обронил киллер, и гримаса исказила его лицо.

— Двое? Да, по нынешним сволочным временам одной матери их не поднять. Но ты можешь им помочь.

— Сто тысяч долларов за твою достойную смерть и имя той твари, что заказала меня. Мое слово ты знаешь, так как?

Киллер отвел взгляд в сторону и с его искусанных губ слетело:

— Хорошо, будь по-твоему, — не стал торговаться Раздольнов и поторопил с ответом. — Так кто меня заказал?

— Крест, — обронил киллер.

— Сволочи Харламовы! Кончать их надо! — взорвался Галлиев.