Окаянные девяностые

— Так что произошло?

— Хреново наше дело! Продажная сволочь Новоселов за нашей спиной сговаривается с Гасаном и Меценатом на даче Аффнера!

— Как?! Но этого не может быть?! — не мог поверить Багин.

— Информация стопроцентная! Теперь понимаешь, какая пойдет игра?

— Вот же твари! Ну и сволочь же Новоселов!

— Олег, от этого не легче! Надо действовать! Дави на свои связи в Москве, пока нас не зарыли!

— Олег, растолкуй тем козлам наверху, что так дела не делаются! Это же полный беспредел! Если бабки нужны, отвалю сколько надо! Только не сиди, действуй!

— Я не давлю! Но ты же понимаешь, мы следующие после Березняка!

— Понимаю! Дай время.

— Шуруй, Олег! Шуруй! — подгонял Раздольнов и, закончив разговор, прорычал: — Твари! Еще не вечер, посмотрим кто кого!

Иванов, Астоян и Сова потупили взгляды, им нечего было сказать. Ситуация складывалась просто критическая. В случае, если партнеры-предатели Новоселов и Аффнер сговорятся с Меценатом и Гасаном, она грозила стать безвыходной. Воевать в одиночку против столь могущественных врагов было равносильно тому, что биться головой о стену.

В ближайшие часы должна была решиться их судьба, и она зависела от результатов переговоров Багина с покровителями в Москве.

В сложившейся ситуации им ничего другого не оставалось, как только ждать. Раздольнов свернул совещание и, оставшись один, попытался сосредоточиться на делах, но все валилось из рук. Он с нетерпением ждал звонка от Багина. Тот хранил молчание.

Подошел к концу рабочий день, опустели кабинеты офиса «Урал-Грейта».

Свет горел только в окнах генерального директора и охраны. Раздольнов оставался на месте, сидел как на иголках и ждал результатов переговоров Багина с покровителями в Москве и сообщения информатора Совы. Пока и тот, и другой молчали. Шел десятый час, когда, наконец, позвонил Багин. Начало разговора обнадеживало.

— Коля, я переговорил с кем надо. Меня услышали. Для них ход Новоселова полная неожиданность… — эмоции мешали говорить Багину.

— Олег, давай без ля-ля тополя! Мне нужен результат! — торопил Раздольнов.

— Ну, слава Богу, уже хоть что-то.

— В общем, Коля, как только ситуация прояснится, сразу подскочу, — пообещал Багин.

— Тоже мне, американец, — буркнул Раздольнов, и с души у него отлегло.

Ситуация уже не казалась столь безнадежной, и он в сопровождении охраны покинул офис и выехал в загородный дом. Ужинал в одиночестве и изменил своему правилу, выпил не две, а пять рюмок водки.