Охота на Горностая

– Потому что фильм про челов и с одними челами, – презрительно ответил Булыжник. – Они даже после смерти не умнеют. Я, если меня какая сволочь укусит, так и буду веками виски пить! Адназначна!

– Гляньте туда – Баян из своей норы выполз! – Маркер ткнул пальцем в центральный стол, вокруг которого собирались другие дикари. – Опять чего-то рассказывать будет.

Баяном звали престарелого Гнилича, который почти не покидал казарму. Денег на виски у него никогда не было, поэтому он привык выпрашивать выпивку у соплеменников, расплачиваясь с ними какой-нибудь жутковатой байкой.

Никто не мог понять, откуда Гнилич узнал столько историй – его товарищи уверяли, что в молодости Баян был вполне нормальным дикарем и никогда не прикасался ни к каким книгам (кроме, пожалуй, меню). Однако факт оставался фактом – ради бесплатной выпивки Баян вспоминал самые необычные байки и ещё ни разу не повторился.

– Зомбы. Ходячая гниль, мля! – пробурчал Гнилич, усаживаясь поудобнее. – Думаете, этих страшил челы придумали? А зря! Раньше они появились.

Намного раньше.

– Расскажи, Баян! – Гильза Шибзич подсел к рассказчику поближе. – Расскажи, как всё было, в натуре!

Старик зевнул и принялся рассеянно рассматривать пустую бутылку из-под виски. Гильза понимающе хмыкнул, сунул несколько купюр своему бойцу и подтолкнул его в сторону барной стойки. Когда гонец вернулся с любимым красношапочным напитком, лицо Гнилича разгладилось, и он наконец начал рассказывать:

– Было это лет двести назад – когда ведьмы зелёные морян придумали.

Рыжие тогда так испугались, в натуре! Моряне-то не каждый хван сердце вырезать сможет, а уж чудов она разбрасывала, словно котят. Чего? «Око василиска»? Не придумали его тогда, мля! Не перебивай, неслух, а то вообще рассказывать перестану!

Дикари пихнули под бок любопытного бойца, и тот сразу замолк.

– Так вот, – продолжил Баян, прихлёбывая виски. – Нашёлся у чудов один умник – мастер превращений Грэм де Рип. Он заявил, что найдёт на оборотней управу – создаст ещё более злобных тварей.

Отловил он чела какого-то, заперся в лаборатории и принялся колдовать. Три дня проводил он страшные обряды, а потом чела кинжалом заколол. А тот помер, мля, и ожил в ту же секунду. Так появился первый зомб. Только чуд древний слов таких не знал. Он своё создание назвал попроще – оживлённым.

– А дальше-то что, мля? – вновь не выдержал любопытный боец.

– А дальше пришёл черед людов бояться, – усмехнулся старик.