Охота на невесту, или Супруги поневоле

– И тебя ненавижу, старый предатель! Ты предал весь наш род! Предал всю семью де Виль!

Пока меня тащили из церкви, как опасную преступницу, я рыдала навзрыд. Чувствовала прибывающую силу фреи и от этого плакала еще сильнее, понимая, что это все не сон, и бабушка действительно мертва.

Я с трудом узнала родные стены и подвал собственного дома, куда меня притащили помощники Лейдольфа.

– Вот так, защитница, – усмехнулся один из них и, открыв железную дверь, втолкнул меня в кладовку с маленьким узким окошком.

– Рори, а может стоит ее выкрасть? – предложил второй. – Сила уже прибывает к ней. И мы можем стать сильнее Лейдольфа.

– Граут убьет тебя еще до того, как ты выйдешь с ней из дому, – скрип закрывающейся двери больно ударил по ушам. – Он уже отправил за Джири.

Услышав имя лучшего ищейки в Эмеральде, я тихо всхлипнула. Неужели и жизнь этого бедняги, который невольно стал моим мужем, оказалась под угрозой? Разве они смогут его найти? Я и сама не поняла, где оказалась, и что это был за городок.

Шаги магов стали отдаляться, но я прилипла к двери, пытаясь услышать ещё хоть слово.

– Он хочет найти ее мужа?

– Карту. Старуха спрятала ее куда-то. А за случайным мужем красотки отправляется сам Граут.

По моим щекам текли слезы, и впервые в жизни я не знала, что делать.

Вспоминала последние слова бабушки о каком-то Скартелли и о Землях Пустоши.

В эту часть Эмеральда, кишащую темными магами, злобными альвами, чернокнижниками и ведьмами мне, новоиспеченной фрее, соваться было опасно.

Я прижалась спиной к холодной двери и медленно осела на каменный пол.

Белое мокрое платье сразу же впитало в себя всю грязь, но мне было все равно.

Я стянула с головы фату, позволяя рыжим влажным кудрям свободно упасть на плечи, и откинув голову назад, устало закрыла глаза.

Если этого беднягу, поневоле ставшего моим мужем, Лейдольф и найдет, хотя я понятия не имела как, то карту им точно не найти.

Ведь карту спрятала не бабушка. А я.

Глава 3. Опасная прогулка

– Женился! – Эльтазар катался по широкой кровати в номере гостиницы, похрюкивая от смеха, что было совсем не свойственно коту.