Охота на принцессу

— Что? Он… — я ткнула в твердую грудь Макса и невольно вздрогнула, почувствовав, как от этого прикосновения по пальцу пробежали мелкие иголочки тока, — соблазнил меня и бросил, не забыв забрать императорскую награду. Что, прогулял все со своей блондинкой и решил через меня снова пополнить свой карман?

— Лекса, лучше не продолжай. Когда ты узнаешь правду, тебе станет стыдно за свои слова, — Джо покачал головой и направился к выходу, — я оставлю вас наедине. Вижу, вам нужно серьезно поговорить. И помни, все, что он тебе расскажет, чистая правда.

Его слова внесли сумятицу в мою душу. Джо мой лучший друг и не стал бы покрывать обманщика, как бы тот его не запугивал.

Чертова надежда опять расправила крылья и я, прикусив нижнюю губу, вопросительно уставилась на меха, ожидая, когда он начнет свой рассказ.

— Детка, — Макс приблизил ко мне свое лицо, и прошелся большим пальцем по правой щеке, — я бы вернулся к тебе на следующее утро, как и обещал. Но я не мог. Стоило нам с тобой расстаться, как меня схватила императорская стража, приложили по голове и в бессознательном состоянии увезли на золотой рудник, где я две недели, не разгибая спины, орудовал киркой.

— Что? — я застыла, открыв рот, пытаясь переварить его слова. В этот момент открылась дверь, и внутрь вошла блондинка Кейти. Поставив на прикроватный столик кружку, от которой шел теплый пар, она бросила на меня любопытный взгляд и так же молча вышла, — как такое возможно? Почему?

— Я склонен считать, что императрица таким образом решила избавиться от моего назойливого к тебе внимания и выдать тебя замуж за того, кто ей угоден.

— Милли? Да этого быть не может. Тетушка добрая и честная женщина, она бы никогда…

— Малышка, вспомни историю. Четырнадцать лет назад произошел бунт мехов, в результате которого к власти пришла Мелисса Бодлер. Своими указами она уравняла права мехов и обычных людей, закрыла шахты, где они работали и создала орден Гримлаут. Золотые рудники были основным источником пополнения казны, но, вот что интересно, беднее после их закрытия корона не стала.

— Максим, но это же… это ужасно, — мысли в моей голове носились с бешеной скоростью.

Милли, родная Милли. Ее образ рушился прямо на глазах, превращая милую женщину в страшного монстра. Но мое сердце не принимало этого нового знания. Оно сопротивлялось, отгоняла чудовищную правду.