Охота на принцессу

— Достаточно, Лекса, спасибо за… эээ… прекрасное выступление, — парни, не прекращая ржать, разразились аплодисментами, — по итогам двух туров, в заключительный, третий, проходят Молли и…

По-хорошему, надо было выбрать Савинь, отличающуюся хорошими манерами и прекрасно знающую практически всех членов императорского дома, но Волконский, в данный момент, думал не мозгами, а тем, что располагалось значительно ниже, и скрывалось темными брюками свободного кроя.

— И? — нарушил затянувшуюся паузу Мэт, который, зная приятеля как облупленного, даже не сомневался в его выборе, и это читалось по горевшему в его глазах хитрому огоньку.

— И… Лекса! — устало выдохнул мех, и с непроницаемым лицом сел обратно на стул.

Девушка захлопала в ладоши и бросилась на шею стоящего рядом со сценой Джо, который все ее выступление, размахивал руками как дирижерскими палочками, помогая своей подруге всем, чем только мог.

— Это нечестно, — закричала со сцены взбешенная Савинь.

— Я согласна, милый, — выпучив на него глаза, вторила ей недовольная Лотти, — ты ей подсуживаешь.

— Да, ей недостаёт чуточку умений и знаний…

— Чуточку? — фыркнула Лотти.

— Ну ладно, не чуточку, но она… — мех прошелся внимательным взглядом по изящной фигуре и довольному лицу Лексы, — то, что мне нужно.

Размахивая руками, Лекса что-то тихонько обсуждала своим приятелем, которого Макс еще во время знакомства одним росчерком пера вычеркнул из списка предполагаемых соперников.

Судя по тому, как громко билось сердце у рыженькой кошечки, когда вчера вечером она трепыхалась в его объятиях, эта крепость падет в рекордные сроки. Надо только избавиться от Лотти, вручив ее заботам Мэта. И нет, он не чувствовал по этому поводу ни капли стыда или сожаления.

Обет верности он блондинке не давал, и в вечной любви тоже не клялся, а значит свободен как птица и может делать все, что ему заблагорассудится.

В серых глазах зажегся азартный огонек.

Звук защелкивающегося замка заставил меня вздрогнуть и прикусить нижнюю губу.

Молча изучая меня в своей нервирующей, нагловатой манере, Макс скрестил руки на груди и прислонился спиной к двери, что отделяла маленькую пустующую комнатку, где мы сейчас находились, от помещения, где проходил отбор, и где нас ожидали все остальные.