Охота на разведенку (СИ)

У этого ребенка будет богатый и заботливый отец.

У нее и ее семьи будет достаток, защита и мирная спокойная жизнь. Ради этого можно пересилить себя. Нужно.

Забыть о таком горячем, желанном Сером Волке. Потому что тяга к нему — это вопрос тела. А она должна думать головой. Конечно, пару раз мелькнула мысль о том, что денег можно и у Олега попросить… Но нет. Во-первых, у него наверняка нет такого количества. Он богат, конечно, особенно по местным меркам, но не настолько. Марина не уточняла его должность, но, скорее всего, руководитель среднего звена.

Среднего, по меркам столицы, само собой. Для здешних он олигарх.

И во-вторых, Марине становилось тошно сразу, лишь от намека на такую идею. Потому что нельзя замешивать чувства в денежные вопросы. Будет больнее. Это все равно, что проститутке любить своего клиента. Нельзя, если хочешь сохранить мозги и хотя бы часть себя. Если уж продаваться, то без эмоций. И тогда будет легче.

Марат Ринатович заехал, как всегда, после предварительного звонка.

Марина к его приходу постаралась прибрать следы развратного разгула в комнате, привести себя в порядок, накинула футболку с высоким воротом и длинными рукавами, чтоб скрыть засосы, уже успевшие посинеть. Посмотрела в зеркало. Намазала губы увлажняющим блеском, чтоб спрятать укусы.

Вот уж действительно, Серый Волк! Пометил везде, ни одного сантиметра тела не упустил!

Марина открыла дверь, с улыбкой приняла роскошный букет, пригласила в комнату. И все бы прошло хорошо, если б не выползла из своего закутка соседка, уже опять изрядно пьяная.

Она уставилась мутными глазами на букет в руках Марины и заржала, громко и развязно:

— Ну нихера себе! Вот это ты, Маринка, даешь! И это она меня называла блядью! А сама-то! Сначала всю ночь орала, как манда, под своим кабаном, а теперь старикашку привела! Вот заявлю на тебя участковому, что ты, проститутка, клиентов прямо на дом водишь! А у меня дочь-подросток, между прочим! Ей это все зачем видеть, маленькой моей?

Она некрасиво скуксилась, пуская пьяную слезу, и поглядывая на опешившую Марину очень даже злорадно.

Марат Ринатович молча прошел в комнату, придержал дверь, позволяя зайти Марине.

Та, решив не вступать с пьяной женщиной в спор, покорно шагнула за порог.

Повисло неловкое молчание, прерываемое только воплями соседки из коридора. Та в красках расписывала ночные похождения Марины, угрожала уже не полицией, а наркоконтролем.

Марине было жутко стыдно и неловко.