Охота вслепую

Этот первый их выезд на природу втроем, мужской компанией, оказался и последним. Наутро, до зари, отец отправился в залив на раннюю рыбалку. Степан возился с костром, а Ромка, еще не привыкший к старшему брату и немного его стеснявшийся, ушел купаться. Потом к нему присоединился и Степан. Стали нырять — кто глубже. Да только он, здоровенный парень, забыл, что четырнадцатилетний мальчишка не сможет на равных состязаться с ним… И вот, в очередной раз вынырнув, он не обнаружил Романа ни рядом, на воде, ни на берегу.

Испытывая беспокойство, он нырнул, но ничего не нашел в мутной воде. Помня, где последний раз видел Ромку, что есть силы поплыл к тому месту и снова нырнул.

Брат барахтался на глубине. Моток колючей проволоки, кем-то брошенный в воду, опутал ему ногу, острые шипы глубоко вонзились в икру и, как капканом, приковали Ромку. Степан быстро разобрался с ситуацией. В первый момент он было запаниковал, но сразу взял себя в руки и, пока освобождал Ромкину ногу, вдруг представил себе, что вот сейчас лишится брата, — и перепугался не на шутку: Он распутал проволоку и смог выволочь уже бездыханнее тело Ромки на берег.

Потом делал ему искусственное дыхание, и по мере того, как время шло, а брат не приходил в себя, им начало овладевать чувство отчаяния. Степан вдруг представил себе брата совсем маленьким, лет пяти, в ту пору, когда он его не видел и не мог видеть, и это воображенное воспоминание больно ранило его в самое сердце. И в тот момент, когда он уже был готов смириться с Ромкиной смертью, тот открыл глаза, судорожно вздохнул. захлебнулся кашлем — и, выхаркивая воду из легких, задышал, задышал!

Тогда в первый раз Степан понял, как сильно он привязан к брату, как тот ему дорог, и вот сейчас, вспомнив тот случай, неожиданно почувствовал такой прилив ненависти к Варягу, что аж зубами заскрежетал…

Но ненавидеть вот так издалека, ненавидеть тогда, когда сделать ничего нельзя, — себе дороже, только нервы трепать.

Сержант решительно отбросил болезненные воспоминания. Надо отвлечься…

От Милана он ехал в купе первого класса в одиночестве. Между тем поезд подошел к большой станции. На перроне было довольно людно. Проворные мальчишки в белых фартуках торговали баночным пивом и горячими сосисками. Совсем рядом у вагона стояла девица в мини-юбке — видно, кого-то провожала: она разговаривала с кем-то в поезде.