Охранитель 3. Пути-дороги

Эльза кивнула, смущенно передо мной извинилась (это я смог понять) и вышла из комнаты, следом за ней и Гюнтер удалился.

Минут через десять служанка принесла кофе, который я с удовольствием выпил, а потом выкурил папироску. Помощник Карла не явился, ждать его не стал и отправился к своей маленькой пациентке. В комнате девочки застал сестру милосердия и большого плюшевого медведя, перевязанного розовой ленточкой. И все бы ничего, понимаю, что родные подарок дочке сделали. Но на хрена они его в постель ей положили? Искусственный мех может кожу раздражать, да и для дыхания вреден.

– Свободна, – указал сестре на дверь, вытаскивая из кровати мягкую игрушку и относя ту к двери.

Сестра милосердия что-то раздраженно буркнула и с явной неохотой встала с кресла, не удержалась от зевка, в последний момент прикрыв рот ладошкой. Указала мне на столик, где лежат пара исписанных листов бумаги и не спеша вышла. Мля, температуру девочки меряют каждые полчаса! Охренели! Ребенку доставляют неудобства, тому сил нужно набираться и спать, а они его ворочают.

Нет, возможно Анни и не чувствует, что ей под мышку что-то пихают, но достаточно лоб потрогать. Тем не менее, внимательно изучил показания и порадовался. Температура с сорока градусов сползла на чуть повышенную, что подтвердил и лоб девочки. Жара нет, дыхание сносное, правда, она проснулась и в страхе на меня глазенки выпучила, даже попыталась что-то спросить или закричать.

– Отлично все, я доктор, помогаю, – улыбнулся ей.

– Дохтор? – удивленно прохрипела девочка.

– Угу, – кивнул головой, обещая себе, что, вернувшись в Москву, начну брать уроки иностранных языков.

А учить потребуется минимум три языка. Французский – пользуется популярностью среди дворян. Немецкий – потенциальные враги и деловые партнеры. Н-да, вот все в одном, партнеры и враги, смешно, но таков расклад. Английский, это скорее на будущее, помню, как развивалась Америка, да и англичан много в Российской империи. Черт! Я же про латынь забыл! Узнай Портейг, что взялся за языки, так он костьми ляжет, но плешь мне своей латынью проест.

Ничего, освобожу немного времени и подтяну свой словарный запас, а то кроме ругательств ничего и не знаю. Да и что там у иностранцев за бранные слова? Вот русский дает разыграться воображению, и тот же грузчик в каком-нибудь иностранном порту с удовольствием использует подслушанные тирады у русских моряков.

– Спи, – сказал девочке и показал, что ей нужно делать.

Склонил голову к сложенным ладоням и глаза закрыл.