– Адриан много для чего годится, – возразила она. – Он без устали трудился тут всю ночь."
"– А ты? Знаю я тебя. Едва оправившись, ты, наверное, осталась здесь, чтобы помогать ему.
– Нет. – Она покачала головой. – После того как он исцелил меня, я пошла к Дмитрию.
Всякий намек на юмор исчез с физиономии Кристиана.
– Ты разговаривала с ним?
– Дважды.
– И?
– И что?
– Как он выглядит?
– Как Дмитрий. – Она внезапно задумалась, усомнившись в собственных словах. – Ну… не совсем как Дмитрий.
– В нем что-то еще осталось от стригоя? – Кристиан выпрямился, сверкая голубыми глазами.
– Если он опасен, тебе нельзя приближаться к…
– Нет! Он не опасен. И… – Она сделала шаг вперед, вперив в Кристиана сердитый взгляд. – Даже если бы он был опасен, не тебе указывать мне, что делать, а что нет.
Кристиан испустил трагический вздох.
– А я-то всегда считал, что Роза у нас единственная, кто обожает ставить себя в опасные и дурацкие ситуации.
Лисса вспыхнула от гнева.
– Ты сам помогал мне заколоть Дмитрия!
– Это было другое.
Мы уже оказались в скверной ситуации, и если бы дела пошли плохо… я испепелил бы его. – Кристиан осмотрел Лиссу с ног до головы, и было что-то такое в его взгляде… – Но мне не пришлось этого делать. Ты была изумительна. Нанесла удар. Я не был уверен, получится ли у тебя, но ты смогла. И огонь… Ты не дрогнула, а ведь это, наверное, было ужасно.
Голос его звучал так, будто Кристиан только сейчас по-настоящему осознал, какие опасности угрожали Лиссе. Его тревога и восхищение заставили ее покраснеть, и она прибегла к старому трюку – слегка наклонила голову, и выбившиеся из конского хвоста пряди упали на лицо, прикрывая его.
Впрочем, в этом не было нужды – Кристиан сейчас смотрел себе под ноги.
– Я должна была сделать это, – произнесла она наконец. – Должна была выяснить, возможно ли это.
– И все получилось? – Он поднял взгляд. – В нем нет ни следа стригоя?
– Нет. Никаких сомнений. Но никто не верит в это.
– Вряд ли стоит винить их. Даже я, хоть и помогал тебе и хотел, чтобы это произошло… Даже я до конца не верил, что возможно возвращение из этого состояния.
Он отвернулся, устремив взгляд на куст сирени, но, судя по отрешенному, взволнованному выражению его лица, думал не о красотах природы. И не о Дмитрии, поняла я. Кристиан думал о своих родителях. Что, если бы в то время, когда Озера стали стригоями, рядом оказались пользователи духа? Что, если существовал способ спасти их?
В отличие от меня Лисса не догадывалась о ходе его мыслей.
