Окутанная солнцем

Иначе он может разрушить тот хрупкий мир, который воцарился между ними. А делать это он не хотел ни при каких обстоятельствах.

Ему так нравилось, когда она была рядом с ним. Когда можно было смотреть на нее, подмечая каждую мелочь. Выглядывающие из-за волос аккуратные ушки, тонкие изящные брови, красивого контура губы, которые так влекут его к себе... Он готов был часами наблюдать за ней. Следить за тем, как эмоции преображают ее лицо. Как светятся ее изумрудные глаза. Особенно когда она что-то задумала, и в них отражается тот азарт, с которым она собиралась взяться за дело.

Порой Брукс чувствовал себя таким запутавшимся, что не мог дать точное определение своему состоянию. Одно он знал точно – ему хотелось быть с ней. Ощущать аромат ее тела, чувствовать ее близость, иметь возможность прикасаться к ее бархатистой коже...

Отвлекшись от этих мыслей, Джонатан пришел в себя и осознал, что стоит словно истукан перед этой рыжеволосой красавицей, чьи чарующие глаза смотрели на него вопросительно, ожидая какого-то ответа.

– Что ж, – откашлявшись, промолвил он, – раз уж ты решила поблагодарить меня... Может, составишь мне компанию как-нибудь вечером?

– Не совсем понимаю, – растерянно пробормотала девушка. – Ты хочешь меня куда-нибудь пригласить?

– Да, ты не против? – Он смотрел на нее с надеждой. – Скажем, в качестве компенсации за нанесенный моральный ущерб.

– Это я-то нанесла тебе ущерб? – удивленно поинтересовалась Тринити. – Ты ничего не путаешь, Брукс?

– Сама посуди, – проговорил он, приближаясь к ней, при этом пристально глядя ей в глаза.

 – Каждый раз, когда я пытаюсь сделать что-то хорошее, натыкаюсь на, мягко говоря, непонимание с твоей стороны... Разве этого недостаточно для того, чтобы ты согласилась сходить со мной куда-нибудь?

Трини сглотнула слюну. Она не могла отвести от него глаз. Джонатан был настолько обаятелен, так красив, что ей казалось – каждый раз, когда он смотрит на нее, словно солнышко согревает ее душу своими теплыми лучами.

Брукс приблизился к девушке и взял ее руки в свои.

Жар от его ласковых пальцев тут же заструился по всему ее телу, вызывая легкое волнение. Тринити смутилась от охвативших ее чувств. Отвела взгляд, чтобы хоть немного прийти в себя.

Но Джонатан не дал ей возможности обрести душевное равновесие. Взяв ее лицо в свои ладони, он заставил ее повернуть голову и посмотреть на него, а потом припал к ее губам в легком поцелуе. Его язык нежно пробежался по ее нижней губе.