Олимпиец

— Поздно, — кивнул я на закипающую от злости Кэйтлин. — Так что лучше отойди в сторонку.

Парень что-то буркнул себе под нос, но послушался. Вовремя. Девушка пошла на второй заход.

В этот раз она действовала осторожнее. Она успела оценить мою скорость и теперь просто кружила вокруг. И когда утреннее солнце оказалось позади нее и мне в глаза, напала.

Никаких ударов, понятное дело. Это же был не реальный бой. А скорее так… небольшое соревнование.

Я никуда не торопился. Храм от меня никуда не убежит, тем более, что мне все равно придется ждать своей очереди.

Кэйт атаковала открытой ладонью, стараясь выбить у меня мяч. Я же уворачивался, приседал, отводил ее удары в сторону левой рукой.

Напоминало игру с котёнком. И не только потому, что зеленоглазая девица злобно шипела после каждой неудачной попытки. Скорее по тому, как она действовала.

Физически Кэйтлин была быстрее меня. Ненамного, но все же. И в ловкости я ей тоже уступал. Вот только, как и при игре с кошкой, рефлексы далеко не главное.

Ну вот, как раз, отличный пример. Бросок чуть ли не головой вперед. Попытка подловить меня на скорости. Неудачная.

— Почти, красавица, — улыбнулся я и натянул ей на голову ее же куртку. — Давай. Еще немного, и у тебя получится.

Кэйт что-то невнятно пропыхтела и одним движением выскользнула из рукавов, оставшись в короткой спортивной маечке с надписью тридцать три на спине. Баскетбольная, что ли?

— Ты там не устала? — спросил я и, положив мяч на землю, уселся сверху.

— Смотрю, ты теперь настоящий клоун, — Кэйтлин сдунула попавшую ей в глаза челку и требовательно протянула руку вперед. — Последний шанс. Мяч.

— Или что? — поглядывая на нее снизу вверх, с интересом спросил я.

Ответом мне послужил классический удар каратиста. С ноги в челюсть. Я еле успел пригнуться, и то ее кроссовок взъерошил волосы у меня на голове. Ухватив мяч правой рукой, я подмял его под себя и перекатился в сторону, только что бы словить второй удар вскользь по печени.

Я скривился от боли. Кэйтлин воспользовалась моей заминкой, подпрыгнула на месте и заехала мне в лицо ногой с разворота. Я отшатнулся и, не удержавшись на ногах, грохнулся на землю, больно приложившись спиной о дерево. Хорошо хоть мяч сохранил.

— Хороший удар, — я потрогал разбитую губу, из которой медленно сочилась кровь. — Чего ж ты раньше сдерживалась?

Кэйтлин не ответила. Лишь скрестила руки на груди.