Омерта

Меня настолько выводит из колеи её смелость, что я мгновенно делаю тоже самое – снимаю лишний аксессуар с девушки.

Мать её, лучше бы я никогда этого не делал.

Что-то мешает вспомнить, с каким событием в жизни, связана эта девушка. И я примерно догадываюсь, что. Но даже это сейчас не так важно, как то, что я чувствую себя так, словно моя душа на мгновение выходит из тела. Разворачивается и сворачивается вновь, пока смотрю на совершенное лицо ангела, или я предвзят к неё по каким-то причинам, что не вижу недостатков ни в её ярком румянце, ни в курносом и высокомерно вздернутом носике.

А вот она одергивает свои ладони от моего лица, как только снимает мой облик Призрака. Её взгляд прикован к моему красноречивому и уродливому шраму. Это – след от пули, что прошла по касательной, начина от внешнего угла правого глаза до корней волос. Я мог бы быть давно мертв. Мой шрам каждое утро красноречиво напоминает мне о том, с чего все началось, когда мне было девять.

Глядя на мою ужасающую особенность, она непроизвольно прикрывает свой рот ладонью, издавая подавленное и тихое «ох».

– Призрак оказался не так хорош, как в твоих грезах, малышка? – усмехаясь, произношу я, но девушка в ответ отрицательно качает головой.

Снова обменявшись взглядами, понятными только нам обоим, мы одновременно сближаемся. Словно два магнита, два противоположно заряженных реактива, при контакте создающие взрыв.

Большой взрыв, сотрясающий нашу Вселенную.

Не узнаю себя в этом горловом хрипе отчаянном, полном болезненной потребности в этой маленькой женщине.

Почему, бл*дь? Что в ней такого? Почему задаю этот вопрос столько раз за вечер? Она задыхается, пока терзаю её губы, овладеваю её нежным ртом, проникаю в мятную полость языком, представляя, как через несколько минут буду точно также трахать её членом, до её жадных вскриков, вбиваясь мощью всего тела.

Незнакомка послушно прогибается в моих руках, когда беспощадно задираю её платье до талии, и наконец обхватываю упругую кожу обнаженных ягодиц.

Идеальные половинки, созданные для моих ладоней. Сжимаю, согревая холодную и влажную кожу в руках, запуская их под ткань трусиков.

Слишком горит все внутри, чтобы различать холодную от воды одежду и мимолетные дуновения ветра. Это все мелочи, когда внутри меня – адское пламя творится, не меньше.

Иди ко мне птичка, вот так. Я сожгу все твои перышки, испепелю твои крылья.