Омерта

И полностью скрывающая мое нагое тело рубашка Морте явно не мешает им представлять меня обнаженной и раздевать своими голодными взглядами.

– Это мой личный лофт, а не общая база. Дом приемника клана. Здесь не место всем подряд. В чем дело, отец? Зачем ты пришел? – бросает «Отцу» вызов Киан.

Это действительно его отец? Или это вроде как «босс» всей безумной шайки? Как там по-итальянски? Дон?

Я уже давно сложила все факты. Я, мать вашу, нахожусь в плену итало-американской мафии, наделенной огромной, почти безграничной властью.

Господи. Я спала все эти годы. Ничего не знала, ничего не замечала! Закрывала глаза на намеки брата Алессандро. Я жила во лжи, в иллюзии, пусть даже если во благо, пусть даже если Доминик защищал меня, храня в тайне грязные секреты о своем «бизнесе».

– Ты знаешь зачем, Киан. Стефан рассказал мне одну интересную историю. Думаю, в вольном пересказе она не нуждается.

– Ублюдок, – едва слышно выплевывает Киан, так, чтобы его никто кроме меня не услышал. Но, думаю, дон семьи Морте и без этого оскорбления вынес для меня свой неутешительный приговор.

Босс щелкает двумя пальцами в воздухе – картинно, эффектно, даже театрально. И этот немой приказ не нуждается в пояснении. Все остальные мужчины, которые собрались в лофте просто безжизненные туши, выполняющие приказ сильных своего клана, семьи или как ещё мне назвать этот кровопролитный синдикат.

Сразу шестеро мужчин кидаются в мою сторону. Хватают за плечи и стаскивают с дивана, кидая коленями на твердый пол.

Двое из них удерживают меня на месте, в следующую секунду я понимаю, что мои руки сковывают на пояснице ледяными наручниками.

Сопротивляться не решаюсь. Слишком яркие воспоминания о трех ударах хлыстом.

Коленки горят, словно подо мной разложили раскаленные угли, из губ вырываются рваные вдохи. Низ живота уже давно не печет, желудок скручивает в тугой узел, что поднимается к горлу тошнотворным комом.

С надеждой пытаюсь поймать взгляд Киана и убедиться в том, что он не даст меня в обиду, но это тщетно. Безуспешно. Младший Морте даже бровью не ведет, не смотрит в мою сторону. Мое сердце начинает сыпаться на маленькие клочки плоти, жжет и кровоточит внутри, когда я наблюдаю столь решительное равнодушие Киана в свою сторону.

Его слова ощущаются как резкий удар под дых. Как соль, насыпанная в открытую рану.