Он её ад

Меня трясло, когда я рассказывал отцу Матиаса, что на самом деле я виноват в аварии, но… Я устал от всего этого дерьма и после того, что с тобой произошло, я больше не хочу, чтобы из-за меня хоть у кого-то были проблемы. Тем более, у тебя. Я тебя очень люблю. Ты самый дорогой для меня человек и мне жаль, что из-за меня ты пережила такое, — Коен опять замолчал и я чувствовала насколько тяжело ему давались слова. — Я рассказал все отцу Матиаса, но он не поверил. Я думал пойти к журналистам и рассказать им все, что было на самом деле.

Мне казалось, что хотя бы это должно помочь, но Матиас остановил меня. За дачу ложных показаний и тебя посадят.

Он сжал в своей ладони мою, но и это делал очень бережно.

— Прости меня, — прошептал он. Наклонился и опять обнял. — Прости, что втянул тебя во все это. Прости, что испортил жизнь. Я постараюсь еще что-нибудь сделать и, даже, если ты будешь меня прогонять, я все равно буду рядом.

Я не хотела прогонять Коена. Наверное, во мне все еще оставалась злость на то, что он сделал четыре года назад и за то, что все это время лгал, но и я сама наделала ошибок.

Про них нельзя забывать. Мы тут, и мы сильные. Как-нибудь справимся.

Я все еще была слабой, но спать не хотелось. Я разговаривала с Коеном, смотрела в окно и понемногу ела. Только сейчас, после того, как побывала на грани жизни и смерти, я понимала насколько красив мир. Снег, небо и здания. И насколько же вкусная еда. Даже этот простенький суп, который давали в больнице.

Но все равно все отдавало горечью.

Коен сказал, что Янсен помог ему решить те проблемы, которые возникли у моего брата, но пришлось отдать те деньги, которые я брала у Берга. Значит, Коен был в безопасности и теперь мне тоже не нужно было убегать.

Казалось, что все хорошо, но сердце все равно разрывалось на куски.

Ближе к обеду я смогла поговорить с Ливеном по телефону.

— Привет, ты как? — спросила, с замиранием ожидая ответа друга.

— Потрепанный, но зато теперь будет, что вспомнить, — голос у Ливена был уставшим, но ровным.

Мне даже показалось, что он улыбнулся. — Я рад, что и с тобой все хорошо. И, Грейс, если ты собралась извиняться, не нужно.

Да, я собиралась извиняться. Пока что только это и могла сделать, но понимала, что так просто свою вину перед Ливеном искупить не смогу. Из-за меня он чуть не умер.

— Слушай, а с Бергом точно все кончено? — спросил Ливен. — То есть, ты теперь в безопасности?

— Да. Берг сам сказал, что я могу радоваться, так как меня у него выкупили.