Он и Я

 — Черт возьми! Сволочи! Сейчас же откройте!

К моему удивлению, дверь распахивается достаточно быстро, являя благовоспитанную чету Бахтияровых. Сильвия держит перед собой поднос с завтраком. Рядом со стаканом сока и тарелкой каши даже какой-то карликовый «веник» в мелкой фигурной вазочке пристроила. Оценив красоту, рвусь на выход. Однако Виктор оперативно и решительно преграждает путь.

— Это что, блин, за шуточки?! — бросаюсь на мужчину едва ли не с кулаками.

Он без каких-либо проблем ловит мои запястья, мягко отпихивает примерно в центр комнаты и крайне, черт его подери, интеллигентно заявляет:

— Мы действуем исключительно в твоих интересах, Катя.

— В моих интересах? Что вы знаете о моих интересах? А о том, что я чувствую??? Одна! В чужой стране! Я вас не знаю!

— Нам жаль, что так получилось, — все так же невозмутимо отмахивается Виктор.

— Жаль? Жаль? — у меня от возмущения дыхание перехватывает. — Сожгу вам дом, понятно?! Закроете дверь, я сидеть тихо не буду. Не та порода! Подожгу вот эти чудесные шторы, а сама выпрыгну в окно.

— Окна заблокированы.

— На понт меня берешь? Дурочку нашел? — глумлюсь, выказывая ответное отношение.

Никакой реакции от гребаной четы.

Мой смех резко обрывается. Направляюсь к окну. Дергаю одну ручку, вторую… Перебегаю к балконной двери, следующему окну. Все бесполезно. Понимаю, что у них необычный дом. Блокировка явно автоматическая. Это лишь усиливает подозрение относительно этих людей и распаляет мой гнев.

— И все же костру быть! Сгорю тут заживо.

— У нас хорошая противопожарная система, Катя. Разожжешь огонь, искупаешься под «дождем», и все.

Бурно захватывая кислород, сердито сжимаю зубы. Не знаю, как еще бороться.

— Это он? Таир велел так сделать? Не приедет, значит?

— Гордей появится, как только будет такая возможность…

— В жопу его возможности! — выплевываю в гневе. — Что смотрите? Я вам не мать Тереза, чтобы терпеть все эти бессмысленные мытарства. Не научена!

— Нет, ты избалованное дите, — резюмирует Виктор тоном приходского батюшки.

Нет, это, черт возьми, самое адско-бесячее издевательство, которое только можно придумать!

Сильвия, так и не проронив ни слова, опускает на стол поднос и пятится к двери. Виктора удается немного поколотить, но прорваться в коридор это мне не помогает. Мгновение спустя ожидаемо врезаюсь в деревянное полотно.