Он тебя не отпустит

Нагло и бессовестно! И даже когда я увидела его с девушкой, он соврал! Он врал мне до последнего дня, мама!

— Кать, но ты же слышала новости. Возможно…

— Да пусть он умрёт, — сказала в сердцах и не подумав, но было уже поздно. — Я даже оплакивать его не буду.

— Что ты такое говоришь? — воскликнула мама. — Ты не можешь желать смерти другому человеку. Это очень большой грех, доченька!

— Грех — играть на моих чувствах и ломать мою жизнь. Зачем он так со мной? Я же ничего не просила. Ничего не требовала. Сам приехал.

— Доченька, ну не надо сейчас об этом. Главное, чтобы вы с сыночком были здоровы и вас поскорее выписали из больницы.

— Я не могу, ма-ма. Не могу! Из-за него я всю беременность на нервах. Поэтому роды начались раньше срока и теперь сынок…

В горле застрял ком, я зашлась плачем. Хлюпала носом, зажимая телефон в кулаке.

На всхлипы прибежала акушерка:

— Катя, что за плач Ярославны? Ты мне решила всех детей перепугать в отделении?

— Простите… — протянула дрожащим голосом и зажала зубами указательный палец, чтобы не выть так громко.

— Да что ж с тобой такое, девочка?

Телефон у меня отобрали, а затем поставили во вторую руку катетер, подключив к нему капельницу. Я стала успокаиваться, а после провалилась в сон. Очнулась на рассвете в палате. По привычке коснулась рукой живота, но затем вспомнила, что вчера у меня родился ребёнок, поэтому за несколько секунд я снова пережила всю гамму чувств, что и тогда.

Откинула в сторону простыню и, приложив немало усилий, с трудом поднялась с кровати. Ноги совсем слабые, почти не слушались. Держалась рукой за стену и еле плелась, шаг за шагом. Кажется, черепаха быстрее бы приползла, чем я добралась до коридора.

— Девушка, — тряхнула за плечо задремавшую на стуле медсестру.

— Мамочка, вы чего бродите ночью? Идите в палату, — ответила на автомате, потирая сонные глаза.

— Уже утро, во-первых. А еще я хочу увидеть своего ребенка.

— Как ваша фамилия?

— Авдеева.

— Идите в палату, а я вас позову, когда можно будет, — сказала медсестра, поднимаясь со стула.

— Девушка, я никуда пойду и буду ждать здесь, пока вы не покажите мне моего ребёнка.

Медсестра посмотрела на меня как на душевнобольную, но всё-таки поднялась из-за стола и двинулась прямо по коридору.