Мышцы широкой спины перекатывались под загорелой кожей при каждом движении. Особенно увлекательно было за ними наблюдать, когда он имитировал игру на гитаре, которой служила деревянная лопаточка.
Опустила руку с отверткой и прикусила нижнюю губу, чтобы не рассмеяться в голос. Хотя, если бы я даже рассмеялась, то вряд ли он меня услышал бы. Даня слушает рок. Всегда, везде и при любых обстоятельствах. А это всегда громко и всепоглощающе для него.
— You know I'll follow you*, - прошипел он строчки песни и крутанулся на пятках, имитируя гитарное соло.
Бедная лопаточка. Такого надругательства с утра над собой она еще, должно быть, не видела.
Теперь понятно, откуда столько шума. Если лопаточке так досталось, то, скорее всего несколько минут назад кастрюли служили барабанами, оттуда и грохот, меня разбудивший.
— Диди! — воскликнул Даня, наконец, меня заметив. — Ты уже проснулась. А я тут с завтраком заморочился. Голодная? — спросил он, сняв наушники.
— Ну, — повела я плечами. — Пахнет вкусно. Что приготовил?
— Не знаю.
Смешал, что было в холодильнике с яйцами и жарю. Вроде ничего выглядит. Цветастенько, — смеялся он. — Срать будем серпантином и, возможно, с таким же хлопком.
— Ммм. Вкуснятина, — протянула я довольно и подошла к островку, на мгновение опешив. — А почему ты голый?
Из одежды на нем были только наушники, висящие на шее.
— Потому что мы дома, — ответил Даня так, словно это было очевидно. — Я всю жизнь мечтал иметь свою квартиру, чтобы в ней можно было вот так после душа проветривать зад.
Рай же? Рай. Так что раздевайся.
— Э, нет! — качнула головой и шагнула в сторону, приготовившись убегать от наступающего на меня парня. — Я в этом Эдеме без штор на окнах с голым задом разгуливать не стану.
— А я знаю, что под футболкой у тебя прямо сейчас как раз голый зад, — плутовская улыбка и хитрый прищур черных глаз говорили о самом игривом расположении Дани. — Шторы мы можем хоть сегодня купить. Но голую попку я хочу именно сейчас.
— Даня! — взвизгнула я, когда она в два шага сократил между нами расстояние и закинул меня к себе на плечо
— Моя! Аррр! — прорычал он и прикусил оголившуюся задницу, заставив меня снова взвизгнуть.
— Дикарь! — подыграла ему и поочередно пошлепала по каменному заду.
— Сейчас я унесу тебя в свою пещеру, чтобы попасть в твою пещеру, — смеялся он, возвращая меня в комнату.
— О, боги! Я этого не слышала, — прыснула я. — И пока ты занимаешься всякими там пещерами, у тебя сгорит то, что уже подгорает.
