Она любит плохих парней

– Кать, что ты делаешь?

– Поможешь мне вещи перевезти?

– Куда? В психушку? Конечно помогу!

Показываю ему язык и жму на номер телефона, прикрепленный к объявлению.

– Да? – звучит женский голос из динамика.

– Здравствуйте. Я насчет аренды квартиры. Ваше объявление еще актуально?

Тоша поднимает последнюю коробку с книгами и направляется к распахнутой входной двери.

– Включить музыку для драматичности момента? – спрашивает он, оборачиваясь.

– Отвянь! – смеюсь я.

– Ну а что? Нужно пройтись по комнатам, погладить стены и расплакаться от воспоминаний, что ты здесь оставляешь.

Разве не так ведут себя героини?

Смотрю через дверной проем в спальню, затем – на кухню. Единственное, что я чувствую сейчас, так это удивление от того, какой чистой может быть эта квартира. Я не оставлю здесь никаких особенных воспоминаний, только одиночество. Все самое веселое и необыкновенное происходило вне этих стен.

– Это место ничего для меня не значит.

– Нисего ни знасит, – премерзко кривляется Тоша.

 – Видела бы ты себя. Голливудские актрисы рыдают в сторонке.

Показываю ему язык, хватаю пакет и связку ключей с крючка на стене:

– Идем уже, месье критик, пока я не продемонстрировала тебе роль маньяка-убийцы, который помешан на маленьких рыжих мальчиках.

Запираю дверь, прижав ее коленом, и выхожу следом за Тошей на лестничную клетку. Всего два пролета вниз, и вот он, свободный путь в новую жизнь. Начало следующей истории. Теплые лучи вечернего солнца гуляют по двору на пару с прохладным осенним ветром.

Багажник и заднее сиденье машины забиты моими вещами, друг впихивает последнюю коробку и прыгает за руль. Сажусь рядом на пассажирское кресло и прикрываю ладонью рот, широко зевая.

– Не выспалась? – спрашивает Тоша и заводит мотор.

– Всю ночь вещи собирала, а на парах особо не поспишь.

– Тоже верно, – кивает он и внимательно смотрит на меня.

– Подзатыльника или Божьего благословения?

– Давай, Кать. Скажи это.

– Нет! – строго отвечаю я. – Поехали уже!

– Пока не скажешь, никуда не поедем, – дразнится Тоша.

Раздраженно цокаю языком и закатываю глаза, делаю глубокий вдох и долгий выдох.

– Отвези меня домой, – прошу я нежным голосом и отворачиваюсь к окну, мечтательно улыбаясь. – Я еду домой.

Тоша закатывается диким смехом, а я качаю головой. Любит же он издеваться, но я готова простить ему эти шалости за то, что терпит мое безумие. Машина трогается с места, и мы направляемся к выезду со двора.