Она – моя, и Ты тоже! (СИ)

Можете спросить у Каримы, если не верите мне. — Я начинаю мямлить под давлением его тяжелых глаз и чувствую, как загораются мои щёки. Мужчина продолжает щуриться и наступать на меня. — Вы можете сказать Кариме, и она меня с кем-то поменяет, если Вы считаете, что я Вас преследую.

Он делает медленно шаг ко мне, а я два назад. Начинаю часто дышать, от чего грудь поднимается, и я готова сказать спасибо хозяину этого дома за такую форму, ведь сейчас я полностью закрыта от глаз его сына. Это своего рода защита для меня, ведь он наглым образом, без всякого стеснения разглядывает меня прямо сейчас.

— Что Вы делаете? — наконец прихожу в себя и задаю правильный вопрос. — Держите, п-п-п-ожалуйста, дистанцию.

— А на что похоже то, что я делаю? Ммм?..

Его взгляд поменялся, и от ухмылки не осталось и следа. У меня конечно нет опыта общения с мужчинами, но я не дура, догадываюсь, о чём кричит его взгляд, который перемещается с глаз на губы и точно так же опускается на мою высоко вздымающуюся от тревоги грудь.

Я понимаю, что пора быстрее что-то делать, иначе он меня здесь и прямо сейчас сожрёт и не подавится. Чёртовы богачи, ненавижу вас за вашу вседозволенность!

Разворачиваюсь и срываюсь с места, но Роман оказывается быстрее меня, и прямо перед носом закрывает дверь, а после поворачивает ключ, закрывая нас одних в его комнате.

Я стою лицом к двери, а по обе стороны от моей головы расставлены руки Романа. Сердце бьется на износ, кажется, вот-вот и оно выпрыгнет. Я начинаю дрожать и не могу пошевелиться, потому что боюсь и потому, что если сделаю это, мы коснемся друг друга.

— Белоснежка, ты в ловушке, и тебе не сбежать, пока я сам тебя не отпущу, — хрипит прямо над ухом его изменившийся голос, — а теперь будь умницей и повернись ко мне лицом. А если заупрямишься, я буду вынужден тебе в этом помочь.

Я стояла словно вкопанная, ноги и тело отказывались слушаться, я не знала, как лучше поступить.

— Я жду, — снова хрипит, но теперь уже в другое ухо.

— Если Вы меня тронете, я всё расскажу папе! И Вашей семье тоже! — дрожащим голосом выдыхаю последний аргумент того, что ему не следует меня трогать.

— Я понял твой ответ, значит, я всё же помогу тебе повернуться ко мне, — он хватает меня двумя руками за талию и разворачивает так быстро и легко, словно я для него вешу, как пушинка.