Она – моя, и Ты тоже! (СИ)

— О, Аллах! Что Вы делаете? — я от испуга кладу свои руки ему на грудь и пытаюсь его оттолкнуть. Он замирает, переводит свой взгляд на мои руки и начинает загадочно улыбаться. И тут до меня доходит, что я сама тоже до него прикоснулась.

Испугавшись своих действий я быстро закрываю лицо руками. Мне стыдно и мне страшно.

— Простите, простите, простите. — Быстро тараторю ему. — Я не хотела, это Вы меня сами вынудили. Что Вы вообще творите? — Я начинаю тихо всхлипывать от такого давления и стресса.

— Тихо, тихо, тихо.

 — Медленно и лениво проговаривает он, будто сейчас не происходит ничего страшного. Может быть, это так и есть, но только для него.

— Что Вы от меня хотите? Зачем Вы всё это делаете?

— Убери руки, хочу видеть тебя. — Я молчу и упрямо продолжаю и дальше закрываться от него. Он слишком близок и слишком уже многое себе позволил. Что будет, если уберу руки?.. Он меня попытается поцеловать?.. — Ну же, обещаю, что не съем тебя, по крайней мере не сейчас.

На этих словах он сжимает меня чуть крепче, и я ахаю.

Убираю руки и с расширенными от удивления глазами смотрю теперь прямо на него.

Его руки такие горячие и это так необычно — чувствовать их на себе. Так приятно и неправильно…

Признав, что противостоять я всё равно ему не смогу, решила сделать так, как он требует. Опускаю руки и медленно поднимаю свой взгляд на него. Но, видимо, этого ему было недостаточно, он поддевает указательным пальцем мой подбородок и поднимает моё лицо ещё выше.

— Ты мне нравишься! И я хочу, чтобы ты пошла со мной на свидание.

— Что? — испуганно переспрашиваю. Кажется, я так перенервничала, что меня даже слух начал подводить.

— Уверен, ты всё услышала с первого раза, — не моргая, сообщает мне наглый и очень красивый хозяин этой комнаты и моего положения, в котором я сейчас оказалась.

— Не могли бы Вы всё-таки повторить? — робко прошу и на долю секунды, что он молчит, я перестаю дышать.

Зачем, зачем мне это надо?! Я паникую, мне не нравится то, как на меня подействовали его слова.

Меня так легко обмануть, ведь я сама готова поверить, лишь бы меня хоть кто-нибудь полюбил. Вот такая я наивная и глупая.

— Хорошо, я повторю, но только потому что это ты Белоснежка. — Он приближается ещё ближе, и теперь между нашими телами практически не остаётся свободного пространства. Он наклоняется и, обжигая своим горячим дыханием, повторяет возле моих губ то, о чём он ранее говорил. — Ты мне нравишься. И завтра вечером ты идёшь со мной на свидание.