Онлайн-библиотека книг
Интересно, знает ли об этом Васель…
– Вы идете на фоне каких – то огромных дверей…
Значит, вопрос с тем папарации у ресторана он не решил, как говорил.
Продолжая разговор с шефом по громкой связи, Влада экстренно залезла в свой Фейсбук и присвистнула – в запросах в друзья у нее значилось несколько тысяч человек. Взгляд упал на последнюю ее фотографию в ленте, сделанную тысячу лет назад, она мало пользовалась соцсетями и тем более редко что- то выкладывала. Это фото было здесь еще со студенческих лет – она мило улыбается на фоне Мечети Омейядов.
Она сглотнула. Начальник что- то продолжал говорить, но от шока она не слышала последних слов.
– Простите, открыла свой Фейсбук и офигела от того, сколько хейтеров приобрела.
– Да в сущности, ничего. Только вот не верят в твою уникальность и профессиональность как журналиста, записывают тебя к нему в любовницы… – коллега сделал многозначительную паузу, явно ожидая от Влады как минимум оправданий, а скорее всего, громкого признания. Она так и видела, как не успели бы они закончить разговор, он бы начал выдавать новости в стиле «приближенный к журналистке конфиденциальный источник сказал»… вот уж нет… Только этого не хватало.
– Если Вы ждете каких- то моих комментариев, то их не будет. Все банально просто. У нас общие друзья еще со времен стажировки. Они помогли все организовать. Так что сенсации не будет, увы… – Она заранее продумала этот ответ, как минимум предвидя вопросы от коллег, кому такая журналистская удача, несмотря на все усилия, так и не улыбнулась.
– И что мне теперь делать со всем этим дерьмом? – в сердцах произнесла девушка, продолжая листать свою ленту. Васель был одним из самых ненавистных фигур в сирийском политистеблишменте среди оппозиционеров. Просто потому, что по праву рождения имел все то, о чем они так мечтали и прикрывали эти мечты громкими лозунгами о демократии и свободе… Не случайно все противники режима так на нее обозлились.
