Она моя…

Девушка попыталась нарисовать добрый, человечный образ мужчины, у тысяч ассоциировавшихся с вещами, которые они так ненавидели и так мечтали получить одновременно. Такова пропаганда. Она не терпит полутонов. Все либо черное, либо белое. А еще умеющее играть на людских пороках и недостатках…

– Ну как минимум закрой страницу, кто вообще сейчас оставляет свой профиль открытым?! –  Иван Петрович был прав. –  И привыкай, это популярность, милая. Ты же не сказки детям пишешь, очевидно, далеко не всем понравится твоя деятельность.

Только вот теперь тебе для баланса нужно все- таки выдать что- то и про ту сторону, так сказать, про оппозицию… Такое, более –менее человечное. Только смотри, чтобы тебя не выгнали из страны. Аккуратно действуй, может через ребят наших, коллег, которые уже работают в поле. Поинтересуйся у военкоров.

Его совет был дельным и правильным. Ей надо было срочно придумать что- то, чтобы уравновесить свои возвышенные дифирамбы Васелю…

Они мило распрощались.

Девушка обещала подумать пару – тройку дней и предложить новый сюжет редакции. Соответственно, пропорционально возникшему к ней интересу выросла и ее ежемесячная премия. Хоть какой – то приятный бонус…

Голова была тяжелая, почему- то сон так и не помог прийти в себя. Интересно, знает ли Васель про интервью… Конечно, знает, о чем это она… У него целый штат прихлебателей, которые следят за таким… Да даже если бы и не знал –  у нее ведь даже нет возможности ему его скинуть, контактов он ей так и не оставил.

А если бы и были –  ни за что на свете она не написала бы ему первая. Он ясно дал понять, что всё – значит всё…

***

Она провалялась в кровати весь день, в пижаме, с монотонно гудящим телевизором –  незамысловатым фоном, который не позволял углубляться далеко в свои мрачные мысли. Это тупое, отрешенное состояние было единственным, на что она была способна.

"

"К вечеру взяла телефон и увидела кучу пропущенных вызовов от коллег. Гиены, будут делать вид, что рады за нее, а сами завидуют. Впрочем, один контакт ее заинтересовал. Звонил Егор, спецкор телеканала Руств, матерый военный корреспондент, командированный из России. Он жил войной, упивался ею, а дирекция в Москве с удовольствием этим пользовалась, посылая его без разбору во все горячие точки по миру.