— Так вот где вы пропадаете с ней целыми днями? — прищурилась я.
Дальше он бегло показал мне спальни для гостей, а в самом конце коридора еще одну комнату.
— А это… — Артем таинственно улыбнулся, обнял меня за талию и приглашающе кивнул внутрь. — Это наша спальня.
Светлая просторная спальня встретила нас уютной тишиной, шелковыми покрывалами и очень красивой мебелью.
— Тебе нравится? — взволнованно глядя на меня, спросил Артем.
— Очень, — шепнула я и, развернувшись к нему, закусила губу. — Дом Романовых, значит?.
.
— Наш дом, Алиса, наш! — Он взял меня за руки и пристально посмотрел в глаза. — И если ты согласишься жить здесь со мной, то именно в этом доме мы начнем все с чистого листа.
Он заправил за ухо прядь моих волос и наклонился так близко, что по коже прокатилось его дыхание.
— Ну так что, мы попробуем?
От него исходил головокружительный аромат моего любимого одеколона, руки нежно перебирали мои пальцы, а губы были в миллиметре от моих.
— Давай, попробуем, — ответила я и в следующее мгновенье его желанные губы накрыли мои поцелуем.
Страстным, скучающим поцелуем, которого нам обоим т-а-ак долго не хватало.
Эпилог
София
Шесть лет спустя
— … Нет, папа, не так! — сердито сказала я и, забрав у него формочку, выровняла песок лопаткой. — Если не прихлопнуть его, то пирожное получится кривое!
Перевернула формочку, постучала по ней лопаткой, открыла и радостно воскликнула:
— Вот видишь, как красиво получилось!
Папа встал, вышел из песочницы, нагнулся и поцеловал меня в макушку.
— Маленький кондитер ты наш. Вся в маму!
Услышав про маму, мне снова стало грустно.
Я так сильно по ней соскучилась уже!
Скорее бы они с Левой вернулись домой…
Моему братику всего несколько дней. Мама показывала мне его по видео — такой смешнючий!
Я никогда еще не видела таких маленьких детей. Кажется, он даже меньше моей куклы. Или мне так просто показалось… На экране не очень-то было понятно.
Я рада, что он наконец-то родился. Иначе папа точно протер бы мамин живот до дырки — бесконечно гладил его и гладил.
Сначала мама с папой долго ходили по врачам. Мама иногда даже плакала, и еще я слышала, как она говорила папе, что ничего не получится. А потом каким-то вечером собрала нас в нашем кафе, подала папе какую-то тонкую бумажку и расплакалась, сказав, что у меня будет сестричка или братик.
Папа тогда чуть веранду не разрушил — так кружил ее на руках!
А потом началось… Все эти переделки в доме, подготовка их комнаты к появлению Левы.
