Всё, что мы построили с таким трудом… Всё, во что я вложила свою душу, своё будущее…
В этот момент послышался новый треск – не разрушения, а другой, резкий и пронзительный, как будто что-то раскололось внутри самого пламени.
Женщины вокруг удивлённо охнули, когда в дверном проёме, объятом огнём, возник силуэт. Высокая фигура шагнула из пекла, неся на плече безвольное тело.
– Виктор! – вырвалось у меня, и я сама не узнала свой голос.
Это был он. Мой муж – шёл сквозь пламя. На его плече, как мешок муки, висел Март…
Виктор в несколько широких шагов преодолел расстояние до ближайшего сугроба и опустил туда тело Марта.
– Вызовете целителей! – рыкнул Виктор, после чего сделал несколько странных пассов руками. Его пальцы сложились в необычные фигуры, губы беззвучно зашевелились.
Воздух вокруг него начал дрожать. А потом случилось невероятное. Пламя, бушевавшее во всю мощь, вдруг замерло, словно застыло во времени. Огненные языки перестали плясать и вытянулись, указывая в небо, как тысячи огненных пальцев.
На мгновение наступила абсолютная тишина – даже треск горящего дерева прекратился.
И тут же, будто по команде, огонь начал складываться сам в себя – точно гигантский веер, который складывают невидимые руки. Пламя стягивалось к центру, уменьшаясь, сжимаясь, концентрируясь в одной точке.
Воздух загудел, и последние языки пламени схлопнулись. Ослепительная вспышка заставила всех зажмуриться. Когда же мы открыли глаза, на месте пожара зияло лишь обугленное, дымящееся здание, над которым повисла густая сизая пелена.
Виктор опустил руки. Плечи его поникли, на лице застыла глубокая усталость…
Он медленно обернулся. Сделал шаг… ещё один. И вдруг рухнул в сугроб рядом со мной.
– Ты… – выдохнула я едва слышно. – Ты… Я думала, ты уехал.
– Забыла? – усмехнулся он. – Я же сказал – никуда не уеду. Что случилось?
– Это… это я… – голос сорвался, меня затрясло. – Моя вина! Моя вина!
– Ты ни в чём не виновата.
Рыдания выворачивали наизнанку. Я не сразу сообразила, как Виктор притянул меня к себе.
Как прижал подбородок к моей макушке. Голоса вокруг растворились в неразборчивом гуле.
– Дыши, – пробилось сквозь пелену. – Дыши, Анна.
Но лёгкие не слушались. Весь мир сжался до пульсирующей боли в висках. Перед глазами заплясали чернильные пятна, которые сливались с дымом и ночной тьмой. Мгновение, и я потеряла сознание…
Глава 42.
Глава 42
Пришла в себя дома. В комнате. Пропахшая дымом и своим же страхом.
