На стенах висели акварельные пейзажи в изящных рамках, на прикроватной тумбочке лежала раскрытая книга с закладкой – похоже, романтическая новелла. В углу стоял небольшой секретер красного дерева, на котором аккуратной стопкой были сложены какие-то письма и… блокнот.
Может это личный дневник девушки?
Информация мне бы сейчас не помешала."
"Превозмогая боль, я осторожно поднялась с кровати и на цыпочках приблизилась к секретеру. Блокнот, как и многие предметы в комнате, был выдержан в нежно-розовых тонах, с мягкой бархатистой обложкой, напоминающей зефирное облако.
17.475 г. 18 января
Отец прислал экипаж… Возник срочный вопрос. Похоже, мне всё-таки нашли жениха. Уж лучше бы оставили в покое…
Это действительно оказался личный дневник! Какая удача! Жаль только, записей в нём было совсем немного, едва заполнена четверть блокнота. Впрочем, и это могло оказаться полезным.
– Что же ты встала, дорогая? – раздался вдруг встревоженный голос.
Я дёрнулась, выронив дневник.
– Я просто… кхм… – слова застряли в горле, правдоподобное объяснение никак не приходило на ум.
– Ну-ну, присядь, – засуетилась женщина, поспешно подходя ко мне.
Она вернулась с маленьким глиняным горшочком, источающим терпкий аромат трав. Запах был настолько сильным, что защипало в носу.
– Побереги себя, – тяжело вздохнула женщина, подняв с пола дневник и положив его обратно на стол. – Вот, это поможет.
Она подошла ближе и острожно нанесла прохладную мазь на мою пылающую щеку.
– Я всегда говорила, что отец с тобой слишком суров.
Но кто будет слушать меня? Очередная нахлебница… – морщинки на лице стали глубже. – И это несмотря на то, что я воспитала его дочь.
Такое ощущение, что женщина говорила больше сама с собой, нежели обращалась ко мне.
Видимо, она была какой-то дальней родственницей. Возможно, заменила мать девушки, когда та скончалась.
Мысли снова вернулись к дневнику – нужно непременно прочитать его целиком.
Женщина закончила обрабатывать мою щеку и тяжело вздохнула:
– Ложись-ка спать, милая.
С утра всё образуется.
Я благодарно кивнула, чувствуя, как накатывает усталость. Родственница помогла мне переодеться в длинную ночную сорочку из тонкого батиста и заботливо укрыла одеялом.
– Спокойной ночи, – произнесла она у двери.
– Спасибо вам… за всё, – тихо ответила я.
Как только за женщиной закрылась дверь, я поспешно вскочила с кровати.
За окном была ночь. Монотонно бил дождь, и его струи, кривясь, стекали по стёклам.
