Опасная невинность (ЛП)

Глаза Эйслинн встретились с моими, когда она расположилась на моем члене. Огонь в ее зеленых глазах был направлен прямо на мой член. Она медленно опустилась на мой член, и я застонал, особенно когда ее ногти заскребли по моей груди, когда она уселась на его основание. Ее губы разошлись, издав тихий стон, а глаза закатились назад. Она начала скакать на мне, ее бедра медленно вращались, но она не поднимала их. Она держала меня так глубоко, как только я мог войти в нее. Мне нравилось наблюдать за ней, за страстью на ее лице, за разительным контрастом ее рыжих волос на фоне бледной кожи.

Одна прядь прилипла к ее сиське, и я откинул ее в сторону, желая увидеть ее упругий сосок. Эйслинн улыбнулась мне. Она не была дразнящей или самодовольной. Она была честной, нежной. Почему она должна была смотреть на меня именно так? Я приподнялся и притянул ее к себе для поцелуя. Мои руки на ее бедрах направляли ее движения, сохраняя медленный ритм. Она с любопытством смотрела на меня. Мне нравилось трахать ее, как дикий зверь. Жестко, глубоко и быстро. Но сейчас я хотел этого.

Я почувствовал похмелье, когда проснулся в пять утра. Вчера поздно вечером Шеймус прислал сообщение, что он получил его. Никогда еще мне так не хотелось выпытывать у кого-то информацию, как сегодня. Я боялся правды по разным причинам.

Эйслинн еще спала, когда я уходил, и я был рад этому.

Я нашел Десмонда прикованным к потолку грузового контейнера в той части гавани, которую мы не часто использовали. Когда нам приходилось пытать людей, особенно интересных, мы обязательно меняли место.

— Это большая ошибка, — пробормотал он, когда я вошел внутрь, сопровождаемый Шеймусом.

— Тебе не следовало шпионить за мной.

— Не знаю, о чем ты говоришь.

Я усмехнулся и схватил Роди. Шеймус уже прислонил его к углу, чтобы запугать Десмонда. Он и его коллеги в прошлом нашли не одно сильно избитое тело и знали мой фирменный стиль.

Ярость, которую я не позволил себе с Эйслинн прошлой ночью, теперь бурлила во мне, горячая и голодная.

— Думаю, для начала я познакомлю тебя с Роди, а потом ты решишь, готов ли ты к откровенному разговору.

Прежде чем он успел произнести хоть слово, я ударил стальным прутом по его локтю. Он сломался, и его рука вывернулась под странным углом. Он закричал. Подвешивание на цепи не делало это занятие более приятным. Я повернулся к нему спиной, пока он продолжал кричать.

Шеймус наблюдал за всем со стоическим спокойствием.