Опасная невинность (ЛП)

Казалось, он был доволен тем, что отец все пробурчал.

— Многие браки неудачны. Вот почему процент разводов так высок, — сказал я.

— Развод! — пробормотал отец и с отвращением покачал головой. — В мое время это слово никому не пришло бы в голову.

— Даже тогда люди разводились. Ты не древний, — пробормотал я. — Эйслинн просто не была подходящей женщиной для меня.

— Может быть, ты просто не хотел дать ей время. Хороший брак требует работы, времени и терпения. Ты не дал ни того, ни другого, а потом отправил свою жену обратно, как ненужный пакет.

Это позор.

— Я уверен, что у Лоркана были свои причины, отец, — пробурчал Аран.

Отец издал презрительный звук.

У меня была очень веская причина.

— Ты не должен подавать на развод, — настаивал он. — Ты должен дать этому еще один шанс.

— Ты был против моего брака с Киллин.

— Был, но теперь она твоя жена перед Богом, а это узы, к которым не стоит относиться легкомысленно.

Гулливер изрыгал ту же чушь, говорил, что я должен дисциплинировать ее и подчинить своей воле.

Конечно, я мог бы легко сломить Эйслинн душой и телом. Но ради чего? Это не заставило бы меня доверять ей. Мне не нужна была жена, у которой не было бы собственной воли, которая трусила бы у моих ног. Мне нужна была жена, которая не ударит мне в спину.

И все же я не находил в себе сил начать бракоразводный процесс. Я не мог забыть, что сказал Десмонд, что Эйслинн бесполезна, потому что у нее нет доступа в мой офис и на склад. Это были те места, где он хотел установить жучки.

Эйслинн побывала в моем офисе и на складе после их судьбоносной встречи, но она никогда не устанавливала там жучок и даже солгала полиции.

В какой-то степени она защитила меня. Полиция умело разыграла ее, сыграв на ее самом большом страхе: что я причастен к смерти ее сестры. Я все еще злился, что Десмонд не знал, кто сообщил связному из Майами о моем визите на яхту Максима. Должно быть, кто-то с русской стороны проболтался.

Мне хотелось пнуть себя за то, что я все еще не сдвинулась с мертвой точки. Не помогал и тот факт, что Эйслинн находилась всего в двух часах езды от меня.

Сегодня у нее был день рождения. Я выбросил ожерелье с кулоном в виде клеверного листа в Гудзон в порыве гнева после того, как прогнал ее. Я уже подумывал нанести ей визит в Дублин, просто чтобы почувствовать ее вкус.

— Отец, в конце концов тебе придется признать, что все кончено.

Я чувствовал на себе взгляд Балора. Один из его людей присматривал за Эйслинн и в конце каждого дня докладывал мне.