Опасная беременность. Девочка Басманова (СИ)

Не нравится то, что он встаёт со своего места, подходит ко мне. Отбрасывает плед в сторону. Импульсивно берёт меня за ладонь. Резко поднимает с дивана.

Плед падает на пол, в наши ноги.

Мурашки бегут по коже.

Ничего не понимаю.

— Что бы ни случилось… — выдыхаю. — Я ничего не делала.

Поднимает ладонь в воздух, а я отчего-то жмурюсь, закрывая глаза. Боюсь, что ударит. Но удара не следует. Только горячие пальцы на щеке.

— Ульяна, я тебя не ударю.

Приоткрываю глаза. И через силу выдавливаю:

— Ты злишься. Я боюсь людей в гневе.

— Я же говорил тебе не бояться меня, — тихо, с хрипотцой успокаивает меня. Не выходит. Я всё равно на взводе. Натянута до предела. От неизвестности и от того, что он тянет, начинает болеть всё. Даже корни волос.

— Извини, — говорю совершенно неискренне, только бы он успокоился.

— Ничего, — приподнимает уголки губ. Но всего на секунду. Он вновь становится серьёзным, безэмоциональным. Поглаживает меня по лицу. — Скажи, Ульяна, информация, которая была на флешке… Её кто-нибудь видел?

Я сразу же мотаю головой.

— Нет. Я прятала её. И постоянно меняла место. Я тот ещё параноик.

— Верю, — холодно кивает. — Подумай ещё.

Закусываю губу, отвожу взгляд в сторону и пытаюсь понять, что он хочет от меня услышать.

— Я не знаю, но… Помнишь, когда я тебя одурачила в ресторане, забрав свой чемодан?

— Так.

— Там были те документы. Но они были кое-где ещё. Я же сохраняла их на другую флешку – на всякий случай.

— Эта та, которую ты мне вернула?

Коротко киваю.

— Я перебрасывала данные через ноутбук Стаса… И, может, там что-то сохранилось, я не знаю.

Ноутбука у меня никогда не было. Впервые взяла у Стаса – и честно, не сразу поняла, как им пользоваться. Но сделала то, что хотела. Удалила.

— Я понял, — коротко кивает.

— А что случилось? Их кто-то нашёл? И что теперь будет?

Поток вопросов засоряет голову.

И снова он улыбается. Совсем чуть-чуть.

— Тебе – ничего. Не переживай.

— А тебе? — угнетающее чувство вины теперь долбит по мне как кувалдой.

— Лет пять-десять тюрьмы, — пожимает плечами как ни в чём не бывало. — Если, конечно, мои адвокаты не справятся. Так, может, обойдётся.

— Что?..

— Ульян, — опять спокойно, как-то даже нежно произносит моё имя. — У каждого есть чёрная сторона. Честных людей нет. А бизнес – совсем далёк от этого. Приходится выкручиваться. И это всегда риск.

Не шевелюсь. Я не осуждаю его. Сама всё понимаю.