Онлайн-библиотека книг
Ну, чёрт, только не опять.
Хватаю её за запястье, тяну на себя, приобняв. Она приходит в себя от моих прикосновений, дёргается и снова протестует.
— Отпусти, бандит проклятый! Если я сказала «спасибо», это не значит, что мы теперь друзья!
Пихается.
— Пошли, — не слушая её недовольства, делаю шаг в сторону коридора, по которому только недавно, как маньяк, шёл за Ульяной. И волочу провинциалку за собой.
Глава 17
Глава 17
— Да куда вы меня тащите?! — продолжает пихаться. Останавливается, пытается упереться ногами в пол.
Точно. Каблуки.
Останавливаюсь и резко разворачиваюсь, чувствую лёгкий толчок и маленький носик, упирающийся в грудную клетку. От её макушки рядом появляются необычные мысли. И я опять втягиваю в нос запах сирени, от которого на секунду кружится голова.
Девчонка, зажмурившись, отодвигается от меня. И пока не успела прийти в себя – закидываю на плечо. Хватаюсь за шпильки, срываюсь туфли с ног и спокойно несу девчонку в машину. Надо было сделать так с самого начала, а не терпеть её потуги выбраться.
— У меня там вещи! — кричит в отчаянии.
— Раздолбайка, — шиплю на неё. Сколько можно терять эту сумку?! — Ильяс придёт и заберёт.
Вылетаю на улицу, сразу направляясь к своему металлическому зверю, крыло которого чуть не выдираю, спеша закинуть провинциалку в салон. Почему тороплюсь – хрен знает. Она успокоилась, не сопротивляется, обмякнув на плече. Будто смирилась со своей участью.
Закидываю её аккуратно в салон, сажусь следом и сразу отдаю приказ своему подчинённому:
— Ильяс, сходи за её вещами.
— Хорошо, шеф.
Водитель ретируется, оставляет нас одних.
Скидываю с себя пиджак, накрываю дрожащие плечи. В салоне тепло, но после улицы так просто она не согреется, ещё и без обуви.
— Ноги на сиденье закинь. Согреешься быстрее.
Не слушается. Продолжает вжиматься в дверь и смотреть в окно, закрывая лицо белокурыми волосами. Когда только распустились? Резинка сползла, когда нёс её сюда?
Мои пальцы смыкаются на её запястье.
Дёргаю, и девчонка от внезапности валится в сторону. Быстро перехватываю её, опуская спиной на сиденье.
Падает головой на мой пах. Отлично, никогда ещё мой бугор в штанах не служил подушкой для шеи."
"Пшеничного цвета волосы разлетаются по моим брюкам. Взгляд невольно касается красных от слёз глаз. Плотно сжатых и подрагивающих губ. Те трясутся, будто она вот-вот разрыдается, как маленький ребёнок, впав в истерику.
